Красный улыбнулся и несколько секунд постоял с застывшей на губах улыбкой.

— Полностью уничтожен!  — повторил он понравившееся ему выражение.

— Но как уничтожен! — прокричала Айя, кивнув головой на огненный хаос, который царил в городе и заполнял все поле зрения видеокамеры. — Посмотри!

— Где моя плазма? — недовольно спросила Альдемар. — Что здесь вообще происходит?

Айя посмотрела на приборы — стрелки стояли на нуле. Не может быть! Неужели аккумуляторы пусты, как и вся старая фабрика? Конечно, со временем колодец на Терминале выработает плазму, но сейчас…

— Волшебник-1! — вызвала она Альдемар. — Вы получите все остатки, которые у нас есть. Мы на нуле.

— Вот как! — удивилась та.

— Воздушный Дворец взят, — успокоил их Водитель. — На верхних этажах только трупы… Серебряный предложил гвардейцам сдаться, но ответа пока нет.

Серебряный — это полковник Друмбет, вдохновитель и инициатор переворота. Впервые за все время операции Айя услышала его имя.

Она снова посмотрела на экран. Там — скелеты зданий, обломки моста через канал Мучеников, обугленные тела людей и черный дым, застилающий почти все поле видеокамеры…

Моя вина .

08:22.

Охранники стали молча собирать документы, вещи и оборудование, подлежащие уничтожению. Машины ждали людей у входа.

На экране, отражавшем события в Каракии, все еще бушевал огонь. Гвардия так и не ответила на многочисленные предложения о капитуляции. На всех остальных участках сопротивление почти прекратилось, лишь кое-где временами возникала перестрелка. В основном же осажденные молчали. Все плазмоканалы находились в руках восставших. Маги противника исчезли с поля боя, возможно, погибли в своих бункерах. Кто теперь мог точно сказать?

В водах канала Мучеников отражалась стена пламени, которая передвигалась по городу, все более и более расширяясь. Охваченные паникой люди заполнили набережные и мосты, стараясь держаться ближе к воде. Маг из Кинчата пытался поднять волну воды, чтобы сбить пламя с пылающих зданий, но пожар уже вышел из-под контроля.