Поставив тарелку на пол, я позволила кошке наслаждаться едой, а сама пошла снова принимать ванну и приводить себя в порядок. К счастью, средства для макияжа обнаружились на той же полке, где я раньше нашла мыло. Я подвела глаза, привела в порядок ресницы и накрасила губы не слишком яркой помадой (слишком яркая на фоне бледной кожи смотрелась бы чересчур вызывающе).

В ящике рядом с кроватью обнаружился набор одежды. Как такового эротического белья тут не было, но я нашла несколько лёгких газовых шарфов, с которыми вполне можно было работать. Перекинув один через шею, я краст-накрест перехватила концы, прикрыла ими грудь и завязала на спине. Посмотрелась в зеркало и кивнула самой себе — вполне прилично. Полупрозрачная ткань хорошо подчёркивала изгибы фигуры, оставляя необходимую загадку. Ещё один, более широкий шарф при помощи цепочки-пояска превратился в набедренную повязку. Дополнив образ парой тонких браслетов и дисковидными серьгами, которые нашлись в ящичке с бижутерией, я с удовольствием кивнула отражению.

— Как тебе, Гвен? — спросила я, поворачиваясь вокруг своей оси.

Пантера на мгновение оторвалась от мяса, рыгнула и царственно кивнула. Весь её вид выражал что-то вроде «Пока ты меня кормишь, я одобрю твои дурацкие причуды».

Погрозив кошке пальцем, я вернулась к дивану, села и взяла со столика яблоко. Оставалось только ждать — в том, что Сетанта и Мартин ответят на мой вызов я не сомневалась.

Глава 21

Глава 21

Долго ждать не пришлось — я даже не успела толком расположиться на диванчике, как в дверь постучали. Я улыбнулась и произнесла томным голосом:

— Кто там?

За дверью послышался приглушенный смех, а затем мощный голос пророкотал:

— Сын солнца пришёл к дочери луны.

«О, это что-то новенькое,» — подумала я.

Ты ожидала, что он скажет «водопроводчик»?

«Отстань, язва.»

— Тогда заходите — открыто.

— С радостью.

Дверь распахнулась и в комнату вошли двое. Надо сказать, различие между ними было довольно заметным. Сетанта возвышался над Мартином почти на целую голову и был на значительно шире в плечах. Гибкий брюнет казался почти что мальчиком — и это при том, что «мальчик» был выше меня, хоть и всего на пару сантиметров. Правда, в глазах его было что-то странное, не страх, а словно… затаённая боль? Впрочем, чем бы не была эта эмоция, она исчезла сразу, как только он увидел меня, полулежавшую на диване. Парень застыл и распахнул глаза и только недовольный рык Гвен, привёл его в чувство.

Посмотрев пантеру, Мартин хотел отступить на шаг, но сдержал себя.