Светлый фон

Великий и Ужасный

Великий и Ужасный

Глава 1 Не от мира сего

Глава 1

Не от мира сего

Эта история пишется исключительно в развлекательных целях, без желания поучать, оскорблять, задевать чувства или выводить на чистую воду. Здесь нет скрытых смыслов, подтекстов и великих идей. Это просто веселая сказка про Бабайку, орков, гномов и эльфов в непривычном антураже. Наверное.

Эта история пишется исключительно в развлекательных целях, без желания поучать, оскорблять, задевать чувства или выводить на чистую воду. Здесь нет скрытых смыслов, подтекстов и великих идей. Это просто веселая сказка про Бабайку, орков, гномов и эльфов в непривычном антураже. Наверное. Эта история пишется исключительно в развлекательных целях, без желания поучать, оскорблять, задевать чувства или выводить на чистую воду. Здесь нет скрытых смыслов, подтекстов и великих идей. Это просто веселая сказка про Бабайку, орков, гномов и эльфов в непривычном антураже. Наверное.

 

Всё началось с того, что меня убило молнией.

Хотя нет. Всё началось гораздо раньше. Знаете, все эти разговоры в стиле «Ты не от мира сего!», «Приди уже в себя, наконец!», «Вернись в реальный мир» — они меня всегда здорово бесили, класса эдак с пятого. Но я никогда не принимал их всерьез — спасало философское отношение к жизни и некоторый пофигизм. Вы — такие, мы — другие…

Но в этот раз ситуация зашла довольно далеко.

— Ты живешь в параллельной вселенной, — сказала Вика. — Это была последня капля, Бабаев!

Ее каблучки цокали по квартире, грива рыжих волос мелькала там и тут — на кухне, в спальне, в ванной комнате. Я как-то рассеянно наблюдал за тем, как моя девушка — бывшая девушка? — собирает вещи, и не знал, радоваться мне или грустить. Остановившись перед зеркалом, Вика мизинцем поправила контур губ, вытирая невидимое мне пятнышко карминовой помады в уголке рта. Красивая она всё-таки, зараза! Глазки, губки, ножки, талия — ну, вот это всё.

— Ах да, чуть не забыла… — пальчики с аккуратным маникюром в стиле «френч» достали из сумочки две глянцевые картонки с красочной полиграфией и небрежно отправили в полет по комнате. — Можешь считать это одновременно заявлением об увольнении и официальным сообщением о том, что нас с тобой больше ничего не связывает. Ты хороший парень, Бабаев. По-своему. Но дурачок каких мало!

Она так и сказала — «дурачок». А потом подхватила свой чемодан на колесиках, посмотрела на меня с сожалением и, хлопнув входной дверью, вышла на лестничную площадку. Я так и стоял, привалившись плечом к шкафу, и слушал — звука вызванного лифта всё не было. Ждала, что я выйду и буду просить остаться? Может, и правда — стоит?