— Не, ты мне встройки не тули. — старлей погрозил пальцем. — Что есть для паладинов?

Ну да… конечно… в России чаще всего в паладины идут именно менты. Вернее будет сказать так — девяносто процентов ментов реала в Бойцовском Клубе паладины.

— Усиление Воли. — сказал я. — Два свитка, оба ноль из десяти.

— Из Наварры?

Ну наглая морда. Дай палец — сожрет всю руку.

— Из НьюКэпа. — сказал я.

— Тогда добавь еще кровавку одну. Добавь, добавь, не жмись. — старлей махнул рукой. — Договорились? Или твой корешок…

— За две Воли моего корешка из зала суда выпустят. — сказал я. — Дешевле с прокуратурой договориться.

Старлей помрачнел. Заметив это, я поднажал.

— Воля новая, ее сейчас днем с огнем не сыщешь. Две штуки прямо сейчас переведу.

Колебался старлей недолго. Понимал, что я не блефую, мне действительно дешевле отправиться с ними и предложить два свитка его начальству.

Только вот он с этого ни одного кредита не получит.

— Переводи. — старлей кивнул головой.

Я вернулся к машине, открыл ноут… старлей назвал ник явно подставного человека и я перекинул на его имя два свитка.

Руку можно было дать на отсечение, что этот перевод уже через десять-пятнадцать минут будет затерт. Дорожат палы своими местами. Всё шито-крыто… не подкопаешься.

Мы сели в машину и Рахмет тяжело вздохнул. Теперь он чувствовал за собой вину и наверняка думал, как ее загладить.

До места мы доехали за час с небольшим. В центре Рублевского шоссе свернули направо, несколько километров вглубь — и вот мы стоим на огромном пустынном поле, в самом начале Сириума.

Памятник виртуальным жертвам. Единственный в мире. Виртуальная Мекка. Сколько людей теряли своих персонажей и, заводя новых, приезжали сюда для того, чтобы вспомнить.

Несколько гектаров мелкой альпийской травки. Говорят, что землю для Сириума завозили с восемнадцати разных стран мира — после того, как ни одна из стран не захотела проигрывать тендер на создание этого памятника.

Даже в воздухе чувствовалась сила, которой обладало это место. Не зря выбрали именно его, снеся дачи замминистра культуры, двух депутатов-одномандатников и чилийского посла в России.