— Тут и знать нечего, а ты перестань своего родственника выгораживать!

— Я не выгораживаю, если придется — ответит по всей строгости военного времени. Провал налицо, но мы не знаем никаких деталей. Мне скупщик тоже подозрителен, это не наш человек, но основываться на подозрениях мы не имеем права.

— Я согласна, — поддержала командира Ксанка. — Раз доказательств нет судить рано.

— Тогда я пойду в Юзовку и добуду доказательства! — воскликнул Цыганков.

— Ты не пойдешь, — твердо сказал Даня.

— Это почему? Думаешь, узнает кто?

— Фашистам этого не понадобится. Евреев и цыган они арестовывают без всяких доказательств, — Ларионов закурил папиросу. — Думаю, сам схожу.

— Тебе тоже нельзя, ты командир, — заметил Яшка.

— И Матвеичу нельзя, его уже наверняка разыскивают, Кирпичу мы не доверяем…

— Я пойду, — сказала вдруг Ксанка. — Аусвайс у меня надежный, а женщин фрицы пока не арестовывают. Все равно без связи с городом мы долго не сможем.

Муж и брат переглянулись.

— Что делать, командир?

— Только будь осторожна, — попросил Даниил. — Хватит с нас и Валерки. Оружие не бери, при случайном обыске или облаве сгоришь. К скупщику и близко не подходи. Единственная ниточка — это лейтенант Корф. Судя по всему, он прожженный коммерсант, если ему много пообещать, то он поможет. Тем более, что мы о нем знаем кое-что. Но сильно не дави, чтоб чересчур не испугался.

— Ладно, не впервой, — отмахнулась Оксана.

Яша взял ее за руку, и они вместе вышли из землянки.

— Ксанк, ты себя береги, — попросил цыган, — и помни, что я за тебя пол-Юзовки разнесу. А Данька поможет!

Жена обняла его, а потом тихонько оттолкнула.

— Собираться пора. Ты, Яша, не провожай, не люблю…

10

10