— Что вы можете доложить дополнительно к сообщению товарища Шапошникова? — осведомился Горин у старшего лейтенанта Феоктистова (это он встречал Трофимова). Феоктистов уже успел переменить свою курточку на офицерский китель.

— Имеются дополнения: район работы экспедиции, несмотря на сложные метеорологические условия, был обследован на небольших высотах и сфотографирован с воздуха силами разведывательной авиачасти. Аэрофотосъемка ничего не дала. Второе. Примерно в десяти километрах к югу от предполагаемого места гибели профессора Левмана обнаружены в лощине остатки стоянки коренных обитателей здешних мест. Следы стоянки довольно старые, а аборигены ныне не живут на этой территории. Их оседлые поселения располагаются значительно севернее и западнее. Я лично не думаю, чтобы местные жители имели какое-либо отношение к событию. И, наконец, — старший лейтенант помедлил — есть вещественные доказательства: предметы из рюкзака Левмана. Обращают на себя внимание царапины и вмятины на консервных банках. Их происхождение пока неясно.

— Может быть, следы падения? — осведомился приезжий.

— Почти исключено. Царапины длинные и прямые, — покачал головой старший лейтенант.

— Пальцевых отпечатков не обнаруживали?

— На банках было найдено несколько пальцевых отпечатков, пригодных для сличения.

— Чьи? — живо спросил Трофимов.

— Пришлось пойти на дактилоскопирование участников экспедиции. Два отпечатка оказались принадлежащими проводнику экспедиции, местному жителю Никифору Сергунько…

— Остальные? — гость был заметно заинтересован.

— Данные экспертизы мы получили только вчера… Из остальных имевшихся на консервных банках отпечатков был пригоден для сличения один. Он оказался принадлежащим… — Старший лейтенант на секунду остановился и коротко глянул на Горина. Тот разрешающе кивнул. — Это… отпечаток указательного пальца левой руки доктора геологических наук Рахимова…

— Эти люди допрашивались?

— Сергунько — нет, а Рахимова товарищ Шапошников уже допросил до получения данных экспертизы.

3. ПЕРВЫЙ ДОПРОС

3. ПЕРВЫЙ ДОПРОС

Поставив жирную точку в конце фразы, Трофимов откинулся на спинку стула. Покосился на сидевшего в стороне и занятого газетой полковника Горина.

«Что ему нужно? Неужели не доверяет? Так нет, он не вмешивается в допрос… И все-таки не доверяет. Иначе читал бы эту двухнедельной давности газету у себя в кабинете. Двухнедельная «свежая» газета. Вот в Москве бы он сейчас читал газету действительно свежую.

Кой черт дернул напроситься у начальника отдела ехать сюда? Мода такая, что ли? Восток, Восток. Даль, глушь. А люди какие?»