— Нет, нет, только не это. Женщину я исключаю. Этого не может быть! — с чувством произнесла Бершадская.

Капитан про себя лишь усмехнулся столь горячей уверенности: за годы службы он повидал многое, но спорить, естественно, не стал.

— Ну, а к родственникам он мог заехать? Где они живут?

— Родственники у нас только в Леово, муж один к ним никогда не ездил. Но кто знает, возможно, и решил навестить.

Заканчивая разговор, капитан спросил:

— А фотографию мужа не захватили?

Софья Львовна виновато пожала плечами:

— Не подумала как-то, торопилась… А что, она нужна? Тогда я сейчас принесу, дома есть, и не одна, — ответила она и торопливо вышла из кабинета и вскоре возвратилась с несколькими фотоснимками.

Капитан выбрал, по его мнению, самый подходящий, отложил в сторону и хотел было заняться делами, но Бершадская не уходила. Капитан вопросительно взглянул на нее.

— Понимаете, я кое-что еще вспомнила, может быть, вам будет интересно узнать. Муж, когда уходил в гараж, взял с собой палочку, красивую такую, с резной ручкой, в белую и черную полоску, как у автоинспектора, словом.

Взгляд капитана из вопросительного стал весьма заинтересованным, он понял, что женщина говорила о милицейском жезле.

Выяснилось следующее. Недели две назад Бершадский с женой и дочерью поехал в Калараш, просто так, прокатиться, в магазины, на рынок сходить. В районе Гидигича за превышение скорости их «Ладу» остановил автоинспектор. Муж вышел из машины, потолковал о чем-то с автоинспектором; поехали дальше. А дня через три муж принес с работы эту самую черно-белую палочку и сказал: «Помнишь того автоинспектора, что нас остановил возле Гидигича? Эту штуку я ему сделал. В подарок». А когда в гараж уходил, сказал, что разыщет инспектора на техосмотре и отдаст. Муж и фамилию его знал.

— А вы, случайно, не знаете? — с надеждой спросил капитан.

— Да нет, зачем это мне. Я и лица-то его как следует не разглядела. Думаю, что лет двадцати пяти, среднего роста, в черной куртке под кожу. Они, автоинспектора, все такие носят.

II

II

Ранним апрельским утром из села Богзешты выехали две бедарки. На передней — Василий Рошка, за ним — Георгий Балмуш с женой. Давние друзья, они решили в этот воскресный день вместе съездить в Бравичи на базар. Свежие, с утра еще не уставшие лошади резво бежали по проселку. Вот передняя бедарка поравнялась с колодцем. Много лет назад крестьянин по фамилии Велешко вырыл его возле дороги, среди виноградников. Давно нет на свете этого человека, но добрая память о нем живет. В округе этот колодец называют не иначе, как именем Велешко. Тысячи едущих по своим делам крестьян утоляли у колодца жажду, поили своих верных помощников — коней.