— Но позвольте, господин Клюзо, — обиженно возразил Федоровский, наши интересы совпали, потому-то и ваше ведомство не осталось в стороне. Кто, к примеру, устроил поездку Джео Лондона в Бессарабию?

— Причем здесь этот жалкий репортеришка? — Клюзо недовольно поморщился. — Речь идет о вещах гораздо более серьезных, а точнее — о политическом проигрыше. Убежден, что одними газетными публикациями дело не ограничится. Красные постараются извлечь политический капитал из провала операции «Днестр». Да и наши гнилые либералы вроде Бриана, Эррио и им подобных тоже. Если события будут и дальше развиваться в таком направлении, я не удивлюсь, если в ближайшее время будет подписан пакт о ненападении между Францией и Советами, а там, глядишь, и Румыния нормализует отношения со своим восточным соседом. — Он помедлил, искоса взглянул на Федоровского и тихо произнес: — Мне предложили подать в отставку.

В глазах Федоровского промелькнуло нечто вроде сочувствия или жалости, что не укрылось от внимательных глаз его собеседника.

— Пусть вас, господин Федоровский, не беспокоит моя судьба, у меня уже есть кое-какие интересные предложения, причем платить будут побольше, чем в «Сюртэ». А вот что будете делать вы, господин редактор?

— Как это — что? — с наигранным удивлением переспросил Федоровский. То же, что и раньше… Издавать газету, вносить свою лепту в дело борьбы с большевиками.

Выслушав эту тираду, Клюзо ухмыльнулся и жестко сказал:

— Боюсь, что ваша уважаемая газета с ее не менее уважаемым редактором скоро никому не понадобится, и в особенности вашим румынским друзьям.

Федоровский хотел было возразить, однако передумал. В глубине души он чувствовал, что его собеседник прав. За столом воцарилось тягостное молчание, каждый был погружен в мысли о собственной судьбе. Наконец они обменялись несколькими ничего не значащими фразами и холодно распрощались, чтобы больше никогда уже не встречаться.

Вместо эпилога

Вместо эпилога

Из статьи председателя Совнаркома МАССР Г. И. Старого «Говорит Советская Молдавия» …Создание МАССР встревожило румынскую олигархию. Мы имеем право говорить и от имени бессарабских молдаван. То, что есть случаи перехода через Днестр — не секрет, но поток беженцев из Бессарабии преобладает. К нам бегут рабочие, крестьяне-бедняки, середняки, интеллигенты, солдаты. Туда — белогвардейцы, попы, спекулянты, кулаки. Зимой, в результате провокации сигуранцы, при обработке, обмане и спаивании… румынским агентам удалось перетянуть несколько десятков крестьян, среди них и одураченных середняков и бедняков. («Красная Бессарабия». 1932. № 10.)