— Сюда, мамаша…
На ближайшей скамье нашлось место. Старушка растерялась, забыла поблагодарить своего покровителя. За нее это сделали трое мужчин-южан, сидевших напротив.
— Присаживайтесь, товарищ капитан! — Все трое аппетитно попахивали коньячком, ехали, как потом выяснилось, в аэропорт и начали встречать Новый год заблаговременно.
— Благородный человек! — Старший из них, что сидел у окна, добавил несколько слов на родном языке и поднял с пола плоский ящичек-чемодан с блестящими замками — в нем оказались стоящие вертикально бутылки. — За благородный человек!
1 января, 4 часа 03 минуты
1 января, 4 часа 03 минуты
Предутренние часы тянулись особенно долго. Возбуждение после бессонной ночи давало о себе знать беспокойством и непроходящей моторностью.
Происшествий не было. В ожидании первой электрички Денисов вошел в дежурку. За стеклянной перегородкой Антон Сабодаш читал журнал. Обтекаемые формы аппаратов и пластик придавали дежурной комнате вид ультрасовременный. На пульте связи лежали накопившиеся за ночь бумаги. Сабодаш не поднимал головы.
— Зима какая-то чудная в этом году. — Провести молча оставшиеся до поезда минуты Денисову казалось неудобным. — Вот и Новый год тоже: дождь и мороз…
— Есть неопределенность, — не отрываясь от журнала, подтвердил Сабодаш.
— Может, весна будет дружной?
— Не исключено.
Теперь можно было уходить, оставив дежурного наедине с его журналом.
— Скоро поезд. — Первую электричку по традиции встречали еще с той поры, когда не было связи с дальними полевыми станциями.
— Возьми с собой старшину, он в бытовке, — Антон перевернул страницу, — я сейчас.
— О чем там все-таки? — Денисова разобрало любопытство. — Детектив?
Сабодаш наконец поднял голову.
— Как тебе сказать? — Он заглянул в мудреное название. — Кто-то забыл в электричке. Мне его утром сдавать.
— Убийство?