Речь Херманна текла легко и непринужденно. Ему явно доставляло удовольствие рассказывать о том, что так долго приходилось хранить в секрете.

— От первого храма Соломона не осталось — по крайней мере не было обнаружено — ровным счетом ничего, хотя в Книге Царств говорится, что при его строительстве использовались огромные тесаные камни. Почему ни один каменный блок не дожил до наших дней? Куда они все подевались?

Наконец Херманн добрался до самого главного.

— Что же произошло? Ученые допустили, чтобы их предвзятое мнение радикальным образом повлияло на их истолкование древних текстов. Им хотелось, чтобы Палестина была землей древних евреев из Ветхого Завета, и для этой цели были все средства хороши. В реальности все обстояло совершенно иначе. Археология с уверенностью доказала только одно: Палестина времен Ветхого Завета была заселена народами, обитавшими в деревушках или маленьких городах и состоявшими преимущественно из крестьян. Это были грубые землячества неотесанных людей, но отнюдь не просвещенное, развитое общество постсоломоновой эпохи. Это научно доказанный факт.

— Что говорит Псалтирь? — проговорил один из членов ордена. — Истина, подобно роднику, истечет из земли.

— Что вы намерены делать? — спросил другой.

Этот вопрос явно пришелся Херманну по душе.

— Хотя саудовцы и наложили табу на любые археологические раскопки, Хаддад был убежден, что доказательства его теории до сих пор существуют, и мы в настоящее время пытаемся их обнаружить. Если мы в этом преуспеем или хотя бы сумеем поставить под сомнение достоверность Ветхого Завета, последствия могут оказаться поистине эпохальными. Пошатнется не только Израиль, но и Саудовская Аравия. Коррумпированность ее правительства давно сидит у нас в печенках. Только представьте себе, что могут предпринять в такой ситуации радикальные мусульмане. Самое святое для них место оказывается библейской родиной евреев! Возникнет такая же ситуация, как с Храмовой горой в Иерусалиме, которую объявляют местом своего рождения все три главные религии мира. Это место порождало хаос на протяжении тысячелетий. Тот хаос, который возникнет в Западной Аравии, даже невозможно себе представить.

Торвальдсену надоело хранить молчание, и он встал.

— Вряд ли вы всерьез полагаете, что эти откровения, даже если будет доказана их истинность, повлекут столь далеко идущие последствия. Что же на самом деле до такой степени заинтересовало Политический комитет?

Херманн посмотрел на него с враждебностью, причина которой была известна только им двоим. Круг взял в оборот Коттона Малоуна, похитив его сына, теперь Торвальдсен отплатил Херманну той же монетой. Конечно, Синее Кресло ни за что не покажет слабости. Торвальдсен умно разыграл козырную карту, приурочив свой удар к ассамблее, в ходе которой Херманн должен проявлять особую осторожность. И какое-то внутреннее чувство подсказывало ему, что в рукаве у австрийца имеется еще один туз.