В нос Эшби ударил резкий неприятный запах.

Он вихрем обернулся. Под прозрачной крышей клубился дым. Люди с криками, кашляя, выбегали из ядовитого облака на открытую палубу.

— Что за черт?.. — пробормотал он.

На двухполосном каменном мосту Архиепархии Торвальдсен попросил таксиста остановиться. Меган Моррисон оказалась права: машин почти не было. У перил с одной стороны горстка туристов любовалась задним фасадом собора Парижской Богоматери.

Добавив к счету пятьдесят евро, датчанин сказал:

— Отвезите эту молодую леди, куда она пожелает. — А затем наклонился к открытой задней двери. — Удачи вам. Прощайте!

Когда такси снова выехало на дорогу, Торвальдсен подошел к железному ограждению. Внизу, метрах в десяти, бежала Сена. Он сжал в кармане пистолет, который ему вместе с запасными патронами доставил вчера из Кристиангаде Джеспер.

Грэм Эшби в компании какого-то мужчины стоял на корме, прислонившись к перилам. Именно так, как говорил Сэм. Катер медленно шел против течения к мосту, их разделяло двести метров. «Стреляю в Эшби, пистолет — в воду, и ухожу. Пока никто не опомнился». Торвальдсен быстро прокрутил в голове сценарий.

Он умел обращаться с оружием. Он убьет англичанина.

Сзади взвизгнули тормоза автомобиля.

Торвальдсен обернулся.

Такси.

Из машины выскочила Меган Моррисон.

— Дедуля! — закричала она, решительно шагая к нему в пальто нараспашку. — Вы совершаете несусветную глупость!

— Для меня — не глупость.

— Если вам так приспичило, давайте я хоть помогу!

Сэм вместе со всеми бросился в конец кормовой палубы. Дым валил такой, будто на катере разгорелся пожар.