Хейл тянул время, пытаясь найти вход в душу Шерли Кэйзер. Решил сыграть на сочувствии.

– Мои предки, – сказал он, – служили этой стране до того, как она была создана. А теперь правительство хочет судить меня и моих компаньонов, словно уголовников.

– Почему?

Пистолет по-прежнему был наведен ему в пах, но Хейл велел себе не выказывать страха.

– Мои предки сначала были пиратами, потом каперами. Мы жили на этой земле почти триста лет. Мы стали для неоперившихся колониальных войск их военным флотом, уничтожали британские суда во время Войны за независимость. Без нас не было бы Соединенных Штатов. С того времени мы оказывали подобные услуги многим администрациям. Мы патриоты, Шерли. Мы служим своей стране.

– А при чем тут я? Скажи, почему ты использовал меня, чтобы убить Дэнни Дэниелса?

– Не я, – объяснил он. – Это мои компаньоны, тайком от меня. Узнав, что они сделали, я пришел в ярость.

– Значит, они подслушивали мои разговоры?

Осторожно. Эта женщина не дура.

– Нет. Подслушивал я. Хотел узнать что-нибудь, способное помочь нашему положению. Я знал о твоей дружбе с первой леди еще до того, как с тобой познакомился.

– Так объясни, почему мне не следует делать из тебя сопрано.

– Ты будешь скучать по моему баритону.

– Опять обаяние. Должна отдать тебе должное, ты не сдаешься.

Хейл передвинулся в постели.

Она крепче сжала пистолет.

– Успокойся, – сказал он. – Просто облегчаю нагрузку на кое-какие старые мышцы.

– Что ты делал с тем, что слышал по телефону?

– С большей частью? Ничего. Но когда узнал об этом полете в Нью-Йорк, сообщил о нем компаньонам. Поскольку Белый дом не объявлял об этом путешествии, мы решили, что перед нами может открыться возможность. Обсудили этот вопрос, но решили не действовать. К сожалению, мои компаньоны передумали и не потрудились сообщить об этом мне.

– Ты всегда был таким хорошим лжецом?