Мгновенно оценив силу удара, Грегори пришел к выводу, что торможение приносит свои плоды — скорость “Декарта” относительно потока уменьшилась. Будь поток из мелочей, о которых говорил Колфилд, корпус корабля бы выстоял. Грегори никак не мог понять, что за снаряды составляли этот поток.

Пол взорвался под ним и ударил по пяткам так, что тело конвульсивно сжалось. Акселерационное кресло Колфилда подскочило, сорванное с креплений, и рухнуло на капитана. Грегори успел инстинктивно поднять руки, чтобы защитить визор. Раздался еще один беззвучный удар, и свет погас.

Зловещий зеленоватый свет радарного экрана — единственного светящегося пятна на мостике — освещал происходивший кошмар. Округлые, мягкие тени фигур в скафандрах медленно двигались на фоне острых искореженных клочьев обшивки и поломанной геометрии разбитого оборудования. Казалось, ничего нельзя различить в этом аду, но Грегори увидел многое. И ощутил звериный, неконтролируемый ужас. Он хотел дотянуться до выключателя аварийного освещения, но Колфилд навалился ему на грудь. И Грегори уже не знал, чего больше он хочет, включить ли свет или не видеть мостик при свете.

— Проверить реактор! — прохрипел он.

Плевать ему сейчас было на реактор — он хотел одного: услышать человеческий голос, понять, что он не один.

— Ход замедлился, сэр, — донесся до него голос Нолана. В голосе звучало облегчение. Он тоже понял, что не один на борту. — Я не знаю, что происходит, почти все приборы вышли из строя. Может, выключить реактор?

— Нет, — Грегори старался придать голосу твердость. — Мы не можем этого сделать, пока скорость не сравняется со скоростью потока. Ты можешь поглядеть в иллюминатор: эти бомбы идут так густо, что их можно различить невооруженным глазом. — Грегори перевел дух. Потом спросил: — Хартман, ты как?

— Я ничего не вижу, — ответил Хартман.

— Я тоже… Колфилд!

— Да?

“Никогда еще, — подумал изумленно Грегори, — никому из четверых людей так сказочно не везло”. Вслух он произнес:

— Колфилд, слезьте с меня.

Пока механик выбирался из обломков кресла, еще один метеорит ударил по кораблю. Но удар был куда слабее, чем предыдущие, и Грегори понял, что метеорит не смог пробить корпус “Декарта”. Затем через несколько секунд после того, как Грегори выключил аварийное освещение, наступила невесомость. Торможение закончилось. На какое-то время они были в безопасности.

— Нолан, спустись к реактору и проверь его защиту, — быстро приказал Грегори. — Нацепи радиационную карту и возьми счетчик. Хартман, проверь степень повреждений. Двигайся, Нолан!