— Карла всегда это готовила. Каждый год, — сообщил он Инес накануне их первой совместной Пасхи, вручая ей список блюд.

Протестовать было бессмысленно. Раз Карла это могла, то и она сможет. И горе ей, если у блюд будет другой вкус.

— Ты не посадишь Эббу в стульчик, Юхан? — спросила она, выставляя на стол жаркое. Оставалось только молить Бога, чтобы оно было правильно прожарено.

— Эбба обязательно должна быть с нами? — спросила Аннели небрежно. — Она только мешает.

— И что прикажешь мне с нею сделать? — спросила Инес. После рабского труда в кухне она была не в настроении терпеть выходки падчерицы.

— Не знаю. Но она весь обед испортит. Меня тошнит от одного ее вида, когда она ест.

Фру Эльвандер не выдержала.

— Так, может, это тебе пропустить обед? — спросила она резко.

— Инес! — Грозный голос мужа заставил женщину подпрыгнуть на месте. Руне весь побагровел. — Что ты такое говоришь? Что моя дочь нежеланна на семейном обеде? — ледяным тоном заявил он, буравя жену взглядом. — В этой семье все обедают вместе.

Аннели ничего не сказала, но вид у нее был довольный, как у кошки, объевшейся сливок.