— Саймон Мориц, — выдала госпожа Ланфорд. — Вы не могли не слышать об этом болване, он обвешал своими плакатами весь город!

Дом советника я покинул окончательно сбитым с толку.

Ситуация перевернулась с ног на голову второй раз за день, и теперь уже не оставалось никаких сомнений, что советник Гардин на этот раз был полностью откровенен. Нет, он мог позвонить супруге Ланфорда и подговорить ее пустить меня по ложному следу, но в этом случае она должна быть просто гениальной актрисой, далеко обставившей по части актерского мастерства ту же Лили Руан.

А в это не верилось совершенно.

— Будьте уверены, советник об этом узнает, — раздалось за спиной, стоило мне спуститься с крыльца.

Я обернулся к стоявшему в дверях управляющему, глянул в голодные глаза посаженного на цепь людоеда и кивнул.

— Узнает, — сказал то ли угловатому, то ли самому себе, и зашагал к служебному автомобилю. Забрался на пассажирское сиденье, приказал водителю ехать в бывший избирательный штаб Ланфорда и закрыл глаза.

Голова просто раскалывалась, а в висках подобно кузнечным молотам стучало: «Спросите о Шарлотте у Саймона Морица. Спросите о Шарлотте у Саймона Морица. Спросите о Шарлотте у Саймона Морица».

Спросите!

И я ведь даже спросил! Спросил, выслушал ответ и, не заподозрив подвоха, отправился в погоню за призраком. А ведь окажись на моем месте кто-нибудь иной, предъяви он советнику Гардину официальные обвинения, мигом бы вылетел из полиции, как пробка из бутылки. Да и мне удалось отыскать след убийцы исключительно благодаря удачному стечению обстоятельств.

Саймон Мориц! Уважаемый юрист, примерный семьянин, отец двух дочерей-подростков — и хладнокровный убийца? Интересно, он намеренно соблазнил Шарлотту или просто не смог устоять перед очарованием юности?

Впрочем, какая разница? К тому же нечто сродни интуитивному предчувствию подсказывало, что сюрпризы на сегодняшний день еще не закончились, и это ощущение неуютной ломотой растекалось по затылку и дергающей болью отзывалось в кончиках отдавленных пальцев.

Когда автомобиль остановился у высотки, в которой до недавнего времени располагался штаб Ланфорда, я выбрался из салона и закурил. Сделал несколько глубоких затяжек, выкинул окурок и взбежал на крыльцо.

Вопреки предчувствиям, Саймон Мориц не только оказался на месте, но и согласился уделить мне несколько минут своего драгоценного времени. Силой прорываться через сидевшего в приемной охранника с мордой побитого жизнью боксера — собаки, не спортсмена — не пришлось, и этому обстоятельству я был откровенно рад.