Пирьо улыбнулась.

Если причина заключалась в последнем, то Ширли даже представить себе не могла, насколько она оказалась проницательной.

Вообще-то, эту комнату она не увидит больше никогда.

Ни эту, ни какую-либо другую, если уж на то пошло.

Глава 38

Глава 38

Понедельник, 12 мая 2014 года

Карл бросил взгляд на экран, где привычная компания улыбчивых телеведущих и мельтешащих громогласных шеф-поваров из кожи вон лезла, чтобы научить датчан готовить капустный салат с кунжутом, кокетливо обрамляющий крошечную порцию пряного филе-миньон, замаринованного с бальзамином, в красном соусе пимьенто, или как там это называется. Карл мрачно посмотрел на свой бледный омлет и унылую овсянку Харди. Какого черта ТВ-2 осмеливается в семь часов утра издеваться над убогими обывателями, предлагая созерцать подобные утопические творения?

Харди с кислым видом уставился на ложку, которую Мортен собирался впихнуть ему в рот.

– Понимаешь, каша активизирует перистальтику. Так что, будь добр, не гримасничай и открой рот.

Харди проглотил жижу и тяжко вздохнул.

– Сначала съешь столько овсянки, сколько я за последние семь лет, тогда и посмотрим, как ты запоешь, господин Холланд. Придется процитировать Ассада: наешься твоей каши – словно дикого верблюда засосешь.

– Засосешь верблюда?

– Да, как будто взасос поцелуешь верблюда. – Харди хотел посмеяться над реакцией Мортена, но ему не хватило воздуха.

Карл отложил газету и посмотрел на светящийся дисплей телефона. Один из внутренних номеров полицейского управления. Мёрк несколько раз украдкой взглянул на Харди, читая сообщение. Старина, несомненно, понял, что к чему.

– Что-то по поводу нашего дела, верно? – спросил Харди, когда Карл отложил телефон.

Тот кивнул.

– Да. Новые подвижки в деле о строительном пистолете.

Мортен положил ладонь на плечо Харди. Все знали: упоминание об этом деле переносилось им тяжело.