Лиля, снимавшая пиджак, замерла на несколько секунд. Но затем заставила себя успокоиться. Через полчаса ей идти за Федей, не стоит портить себе настроение…

– Ты сама сказала, что я разведенка, – напомнила она, улыбнувшись через силу. – Олег больше не мой муж, не надо называть его так.

– Как развелась, так и сойдешься, – пробурчала мать.

– Что?

– То! Ты сделала глупость, теперь расплачиваешься за нее. Думаешь, ты с ребенком теперь кому-нибудь нужна? Кто-нибудь на тебя польстится? Да никто! У Олега, конечно, есть недостатки, а кто без них? Может, ты?

– Мама, перестань, пожалуйста!

– Он каждый день звонит, спрашивает о тебе. Говорит, что готов принять вас обратно, что все тебе простил…

– Простил?!

Сочувственное бормотание матери оборвалось. Она с вызовом взглянула на покрасневшую Лилю:

– А что ты сразу кипятишься? Да, ему есть что прощать тебе! Ты не во всем была хорошей женой…

Лилино намерение оставаться спокойной исчезло без следа.

– Господи, меня чуть не убили из-за него! А ты говоришь, что я не во всем была хорошей женой!

– Но Олег хотел сделать так, как лучше всем, – возразила мать. – Он заботился о вас, в том числе и о Феде. А ты заботишься только о себе!

– Это неправда! Ты ничего не знаешь!

– Знаю. Мне Олег все рассказал. Он каждый день звонит и рассказывает о вашей жизни.

Лиля в отчаянии сжала кулаки. «Каждый день… Он звонит каждый день, и она его слушает».

– Послушай, почему ты не веришь собственной дочери, но готова верить всему, что говорит тебе чужой человек? Психически нездоровый! Неужели ты хочешь для родного внука такого отца?

Мать заколебалась.

– Да, это плохо, – вынуждена была признать она, – но ведь он не настоящий шизофреник…

– А какой? Искусственный?