Себ Сорож, по-прежнему сидя на столе, повернулся к судебному следователю.

— Я вам не порчу вид? — усмехнувшись, спросил он.

Но Эрали проигнорировал вопрос и обратился к жене портного:

— Чему мы обязаны, сударыня, честью вас видеть?

Себ с ужасом взглянул на судебного следователя.

«Этот человек, — подумал он, — просто ужасающе благовоспитан. Подобный оборот может стоить красавице Жюли нервного кризиса!»

Но последняя героически выдержала испытание.

— Я бежала, — ответила она, — чтобы сказать вам, что это мой муж убил Ар… убил Виру.

— О! О! — вырвалось у судебного следователя. — Вы выдвигаете серьезное обвинение, сударыня!

— Говорю вам, он его убил! — повторила Жюли Лабар. — Убил потому, что я собиралась бежать с ним.

Она продолжила, задыхаясь:

— Виру и я, мы… мы любили друг друга! Я ненавижу мужа! И вот…

Она оборвала себя на полуслове и замерла с неподвижным взглядом и сложенными на коленях руками.

Потом прошептала:

— Я не могу говорить… Если я заговорю, он меня убьет!..

— Послушайте, сударыня… — начал Эрали.

— Он меня убьет! Он так сказал… Он так сказал…

Жюли обхватила голову руками:

— Я не могу говорить…

Тогда Себ Сорож наклонился к судебному следователю.