Она посмотрела на витрину посреднической фирмы. Здесь тоже никто, по-видимому, давно не работал, потому что на подоконнике валялись дохлые мухи.
Она встала, отряхнула пыль с брюк и решила разобраться с ценами на недвижимость в Гибралтаре.
Судя по витрине, выбор был не особенно велик. На картинках было изображено несколько вилл и квартир без указания сведений об объектах и, естественно, без адресов. Карита рассказывала, что испанцы, продавая дом, часто прибегают к услугам десяти разных маклеров и поэтому маклеры скрывают адреса, чтобы никто не увел у них из-под носа лакомый объект.
Анника скользнула взглядом по фотографиям. Похоже, на них были не объекты Гибралтара, а дома на Солнечном Берегу.
Она снова вгляделась в изображения. Нет, наверное, ей показалось. Она подошла ближе и стерла пыль со стекла. Под одной фотографией было написано по-английски: «Свободная вилла. Великолепный семейный дом. Идеальное вложение денег».
Фотография продающейся виллы, которая находилась в правом углу витрины, выцвела и покоробилась на углах под действием солнечных лучей и сырости. Нигде не было написано, где располагается эта вилла, насколько она велика и сколько стоит, но Анника ее узнала. Двух– и трехэтажные фрагменты дома, террасы и балконы, башенки, колонны и своды, точеный бетон и гофрированная железная крыша. Все здание венчалось башней со сводчатыми окнами, выходившими на все четыре стороны света. Бассейн, освещение, склон горы и дальний фон.
Ошибиться было невозможно. Это был дом семьи Сёдерстрём в Новой Андалусии.
Снимки, скорее всего, были сделаны несколько лет назад, так как деревья были ниже, чем они были зимой, а в одном из углов участка стояла бетономешалка.
Анника подошла к двери, чтобы посмотреть, не обозначено ли на ней время работы конторы. Никакого расписания не было, но зато была латунная табличка, на которой стояло:
Она посмотрела на табличку и дважды перечитала последнюю строчку.
«Место под солнцем, точка, се».