Андреа Камиллери Возраст сомнений

Андреа Камиллери

Возраст сомнений

Один

Один

Ужасная выдалась ночь. Едва он уснул, как над самым ухом будто из пушки выстрелили – грохот такой, что мертвого поднимет. Чертыхаясь, он сел на кровати. Теперь не заснешь, понятное дело, не стоит и пытаться.

Он встал, подошел к окну и выглянул на улицу. Гром гремел почти не переставая, небо затянули свинцовые тучи, а зловещие молнии, как гигантские вздыбленные кони, скакали по небу, потряхивая ослепительной гривой. Штормовые волны захлестывали пляж, вода подобралась к самой веранде. Посмотрел на часы – было только шесть утра.

Он пошел на кухню, поставил кофе и сел в ожидании. Память услужливо прокрутила перед мысленным взором недавний сон. Это началось у него несколько лет назад. Вот уж наказание господне – помнить все, что тебе снится! Счастливчики те, кто забывает сны, стоит лишь открыть глаза: ни хороших, ни плохих снов – ничего у них в голове не остается. Чем он хуже? За что такое мучение?! А главное – он видит не просто сны, а нечто с намеком на реальность, отчего в голове у него постоянно роятся вопросы, ответа на которые он не находит. И все это сильно раздражает и нервирует.

Накануне вечером он лег спать в хорошем расположении духа. Уже неделя, как в комиссариате была тишь да гладь, и он раздумывал, не воспользоваться ли случаем, чтобы сделать Ливии сюрприз, нагрянув к ней в Боккадассе. Выключив свет, он растянулся на кровати и почти сразу уснул. И увидел этот сон…

– Катарелла, съезжу-ка я в Боккадассе, – сказал он, входя в комиссариат.

– И я с вами!

– Нет, ты – нет.

– Почему?

– Потому.

Тут вмешался Фацио:

– Извините, комиссар, но вы тоже не сможете поехать в Боккадассе.

– Почему?

Интересно, куда это он гнет?

– Вы что, забыли?

– Что именно?