– Да. Дрю Ларсон.
– Хотите делать покупки в здешней глуши, мистер Ларсон, приготовьтесь платить.
– А где Рой?
Она закатила глаза.
– Папа в больнице, в Сент-Кристофере. Подхватил грипп, к врачу не пошел, типа надо быть мужиком, и в итоге свалился с воспалением легких. Сестра сидит с моими детьми, а я, значит, колупаюсь в папином магазине. И скажу по секрету, сестра
– Мне очень жаль. – На самом деле его совершенно не волновало самочувствие Роя Девитта. Его волновала засопливленная бандана Девитта. Его волновало, что он, Дрю, пожал руку, державшую эту бандану.
– А уж мне-то как жаль! К выходным обещают бурю, так что завтра тут будет полно народу. – Она вытянула два пальца, указав на покупки Дрю. – Надеюсь, у вас есть наличка. Терминал-то накрылся, а папа все забывал вызвать техника.
– Да, есть наличные. А что за буря?
– Северный ветер. Северяк, как говорят на «Ривьер-дю-Лу». Это квебекская радиостанция. –
– Да.
– Если не собираетесь засесть здесь еще на месяц, лучше пакуйте вещички и сегодня же возвращайтесь к себе на юг, мой вам совет.
Дрю вовсе не удивило подобное отношение. Он с таким сталкивался не раз. Здесь, в ТР, никого не волнует, что ты родился и вырос в Мэне; если ты не уроженец округа Арустук, тебя будут считать наивным болваном, не умеющим отличить сосну от ели. А если ты живешь к югу от Огасты, то ты и вовсе дремучий южанин и размазня.
– Со мной все будет в порядке, – сказал он, доставая бумажник. – Я живу на побережье. Мы там привычны к северо-восточным штормам.
Она посмотрела на него чуть ли не с жалостью:
– Речь не о северо-восточных штормах, мистер Ларсон. Речь о
– Со мной все будет в порядке, – повторил Дрю. – Я…