— В общем, — продолжала она после глубокого судорожного вздоха, — этот американец, Майк, решил поймать это... этого ночного преследователя на пленку. Однажды ночью он установил видеокамеру так, чтобы она засняла то, что произойдет, когда он откроет дверь.

— Что произошло?

— Он именно так и сделал. Он открыл дверь, потом... — Она прижала руку ко рту. — Что-то схватило его и вытащило в коридор. — Она с трудом сглотнула. — Дэвид, пленка у меня наверху. Я могу принести ее, если хочешь.

— Может быть, Бернис. — Он потер лицо и вздохнул. — Электра, тебе известно что-нибудь об этом Майке... Майке? — Он поглядел на Бернис, чтобы та назвала фамилию, выскочившую из его раскалывающейся головы.

— Страуд.

— Тебе известно что-нибудь о Майке Страуде?

Электра в ответ выразительно пожала плечами.

— Он поселился здесь на три дня. Исчез через два, не заплатив по счету. Все, что мне известно, это то, что он был американцем и оставил анонимные пожитки, которые я убрала в Гробик. Было это два года назад.

— Ты хочешь сказать, что он исчез с лица земли и никто и никогда о нем не спрашивал. Не наводил справок?

— Нет.

— Ни друзья, ни семья?

— Ни единая душа.

Дэвид снова вздохнул. Боль в голове пульсировала все сильнее.

— Видел ли кто-нибудь что-нибудь дурное... из ряда вон выходящее... ну, называя вещи своими именами, видел кто-нибудь монстра?

Все трое, не отрываясь, глядели на него..

— Так видел кто-нибудь? — нажал Дэвид.

— Только один-единственный человек, — медленно произнесла Электра и указала на Дэвида. — Ты.

Он покачал головой, губы его растянулись в недоверчивой улыбке.

— Вообразил себе? Мне приснилось? Как хотите, так и называйте.

— И есть еще то, что случилось вчера ночью, — сказала Электра. — Пара из номера 101. Что стало с ними?