Медсестры уже убежали вперед готовить смотровой кабинет.

Тележку подкатили к операционному столу посреди комнаты. Врач помог санитару переложить Билли на приподнятую платформу. Сначала он стетоскопом послушал у пациента сердце, потом приподнял ему веки и посветил узеньким фонариком в зрачки. Опытными движениями он щупал и мял тело Билли, но мальчик никак не реагировал, не стонал, не морщился, только продолжал едва слышно бормотать все те же слова, которые Дуг слышал в форте.

Дуг облизнул пересохшие губы. Врач занят своим делом. Пожалуй, самое подходящее время пойти позвонить в полицию.

– Тут есть где-нибудь телефон? – спросил он у санитара. – Я должен позвонить в полицию.

– В зале ожидания, – ответил парень.

Врач завершил первичный осмотр и проговорил что-то медсестре, потом поднял голову и посмотрел на Дуга и Триш.

– Мне надо провести более глубокое обследование, – сообщил он. – Сделать рентген и несколько стандартных тестов. – Медсестра вскрыла упаковку и протянула ему пару новых резиновых перчаток. – Поскольку вы являетесь его родителями, можете остаться, но наблюдать это вам будет тяжело. – Натянув перчатки, он опять взял в руки фонарик. Медсестры аккуратно перевернули Билли на живот.

Дуг увидел засохшую грязь на ягодицах сына и поспешил отвернуться.

– Я останусь, – твердо заявила Триш, слегка сжав ему ладонь. – А ты иди позвони.

Дуг медленно кивнул. Звонить в полицию действительно надо, но он был рад, что есть такой благовидный предлог уйти, и чувствовал себя несколько виноватым. Он знал, что ему тоже лучше остаться, но чувствовал, что не сможет смотреть, как врач будет обследовать сына.

Трития это поняла и деликатно намекнула, что все нормально. Но Дуг все равно чувствовал себя ужасно. Тут уже ничего не поделаешь, это в его натуре. Он не захотел присутствовать при родах, а когда Билли, совсем еще младенец как-то срыгнул ему на плечо, его самого вырвало.

Любые недомогания вызывали у Дуга тошноту и слабость, особенно когда дело касалось крови и функциональных расстройств. Он старался это перебороть, старался пересилить себя, но не мог совладать с реакциями собственного организма. Он даже неоднократно задумывался, не общая ли это черта всех отцов, из-за которой дети неосознанно чувствуют большую близость к матери и тянутся к ней, когда нуждаются в комфорте. Матери не так реагируют на какое-нибудь небольшое кровотечение или боль-Это для них не столь чужеродно, как для отцов.

Дуг посмотрел на сына, снова увидел присохшую грязь, красные полосы на попке, похожие на царапины...