— В этом ты прав, — энергично закивала Наташа. — Все, что нам пришлось пережить, — это только результат твоего легкомыслия, твоей привычки действовать, а лишь потом думать.

— Не надо преувеличивать, не такой уж я легкомысленный и бесшабашный.

— Ну конечно, это же не ты потащил меня на дачу, сделав перед этим все, чтобы мы там непременно встретились с убийцей, — укоризненно сказала Наташа.

— Я не специально, так получилось, — Олег виновато пожал плечами.

— Скажи еще «Больше не буду!» — рассмеялась Наташа.

— Я больше не буду! Я больше не буду! — громко произнес Олег, и люди за соседними столиками стали на них оглядываться.

— Тише! — всполошилась Наташа. — Мы же здесь не одни.

— Разве плохо, что я больше не буду?

— Вот заладил, словно попугай. В том, что при первой же возможности ты опять вляпаешься в какую-нибудь историю, я не сомневаюсь. Меня вот мучает ряд вопросов. Выходит, дневник Родиона Иконникова тут вообще ни при чем?

— Чертовщина, сопровождавшая всю эту историю, была заложена в наших предрассудках и страхах. Ведь проще сослаться на сверхъестественное, чем докапываться до сути.

— Эсэмэска, которую получил Андрей, смерти его родственников с периодом в тридцать лет — все это лишь совпадение?

— Получается так. СМС — чей-то розыгрыш, много подобного гуляет в инете. Кстати, я нашел этот сайт и ответил на вопросы. Послал СМС, но пока не получил ответа. Надеюсь, лет сто пятьдесят мне гарантировано.

— А если все это — совпадения лишь на первый взгляд? Если в этом все же есть некая иррациональная закономерность? Родион Иконников не дожил до наших дней, но своими действиями предопределил эти события. Его дневник, как брошенный в воду камень, вызвал на ней круги, которые достигли нас и будут расходиться дальше.

— Натали, мы этого точно не знаем и никогда не узнаем. А вот то, что своим спасением мы обязаны Веронике, никаких сомнений не вызывает. Она догадалась позвонить в милицию и сообщить о том, что нас похитили, даже назвала номер автомобиля художника. Есть предложение выпить за ее здоровье. Жаль, что она отказалась составить нам компанию.

— Поддерживаю! Вероника — наша спасительница! Удачи ей и счастья! — воскликнула Наташа, и их фужеры отозвались хрустальным звоном. — Вероника сильно переживает из-за смерти Андрея. Я ей долблю-долблю, что надо думать о будущем ребенке, а не изводить себя, а она плачет и читает вслух стихи Зинаиды Гиппиус и других символистов. — Наташа вздохнула.

— Она сейчас живет у мамы? — поинтересовался Олег. — Как тебе ее мама?

— Очень набожная, все бьет поклоны, отмаливает грехи, видно, их у нее накопилось очень много. Ведь Вероника полжизни провела в детском доме. В глубине души она на нее до сих пор обижается, поэтому даже художнику не рассказала, что нашла маму.