Новый день начался. И миссис Бантри спешила насладиться упоительными мгновениями цветочной выставки, потому что опасалась в последний момент какого-нибудь подвоха.
В гостиной этажом ниже с шумом растворились деревянные ставни. Этот звук не разбудил ее полностью, она знала, что хождение взад-вперед, дребезжание и треньканье будут тянуться еще полчаса, звуки были слишком привычны, чтобы обращать на них внимание. Кульминацией возни станет лишь шуршание коленкорового платья да звяканье посуды на подносе, когда Мэри постучит к ней в дверь.
В полусне миссис Бантри нахмурилась. В подсознание ворвалось нечто непривычное: звук поспешных шагов. Напрасно слух ловил нежное позвякивание фарфора на подносе: в это утро ей не суждено было его услышать. Однако стук в дверь раздался, и она машинально произнесла, не открывая глаз:
– Войдите же!
Дверь отворилась, но никто не отдернул гардину окна, как обычно. В полутьме спальни прозвучал растерянный, задыхающийся голос Мэри:
– Мадам! Мадам!
С коротким всхлипыванием горничная убежала.
II
Миссис Бантри села в кровати. Что это? Продолжается причудливый сон? Или Мэри действительно ворвалась к ней с невероятными словами: «Мадам, в библиотеке труп»?
– Немыслимо, – пробормотала миссис Бантри. – Конечно, это сон.
Но она уже знала, что это не игра воображения. Мэри, обычно такая уравновешенная, произнесла-таки странные слова. Поразмыслив минуту, миссис Бантри локтем толкнула спящего рядом мужа.
– Артур! Артур, проснись!
Полковник пробормотал нечто нечленораздельное и повернулся на другой бок.
– Артур, ты слышал, что она сказала?
– Разумеется, – отозвался он сонно. – И я полностью согласен с тобою, Долли.
Он намеревался спать дальше. Миссис Бантри потрясла его за плечо:
– Да слушай же! Мэри сказала, что в библиотеке лежит труп.
– Что лежит?
–