После драки с Маркизом каждый мускул тела Пита ныл от острой боли, и он, прихрамывая, шагал по кабинету, зато дух его парил высоко. Он еще не рассказывал Дине о том, как удачно обернулся его разговор с Агнес Уэллер по поводу рекламы и о готовности Агнес помочь ему убедить Бена Фэксона, доброго и могущественного гения Уэллеров, возобновить рекламные объявления фирмы по радио. Поэтому в пятницу Пит пригласил Дину на ленч к Гоффману и познакомил ее с радужной перспективой.

— Считайте, что универмаг «Уэллер» снова наш клиент, — сказал он. — Сегодня днем я хочу заняться расписанием для него.

— Вот видите, — сказала Дина, — вы можете быть очень милым, если только захотите. Если б вы были хоть наполовину так очаровательны со всеми, как с Агнес Уэллер, никаких неприятностей вовсе бы и не было.

— Сегодня вечером я обедаю у Агнес, — сказал Пит. — Там будет и Фэксон. Теперь мне фактически не нужна помощь Агнес. Дела обернулись так, что Фэксон, очевидно, будет рад предлогу для переговоров и ухватится за возможность уладить все мирным путем. Может, и с другими наладятся отношения. Я не удивлюсь, если банк, компания «Феникс» и «Домашняя сыроварня» тоже возвратятся к нам. Что ж, поживем — увидим. Так просто это у них не выйдет: я тоже заставлю их попотеть.

Они засиделись за ленчем до четверти третьего. Вернувшись на станцию, Пит нашел на своем столе записку, в которой говорилось, что звонил доктор Корум и просил его позвонить. Читая записку, Пит почувствовал, как его кольнуло мрачное предчувствие. Зачем это вдруг Корум звонил ему? Ведь он видел директора педагогического колледжа всего раз, на вечере у Агнес Уэллер, и связей с ним не поддерживал. Единственной причиной этого звонка могла быть Элоиза.

Пит заставил себя набрать номер Корума и вздохнул с облегчением, когда тот сказал:

— Мистер Маркотт, я насчет этого злополучного дела Тимминса. Тимминс говорит, что вы собираетесь сделать сообщение по радио, — в голосе Корума сквозило беспокойство. — Не могли бы вы до вашего выхода в эфир сделать мне одолжение и заехать поговорить со мной? Я мог бы сообщить вам кое-что такое, что, я уверен, вас заинтересует.

— А что именно? — полюбопытствовал Пит.

— Я предпочел бы не обсуждать это по телефону. Днем у меня заседание, но к семи я буду дома.

— Очень жаль, но сегодня вечером я приглашен на обед.

— Наш разговор нельзя откладывать, мистер Маркотт. — Голос Корума внезапно дрогнул и стал очень тихим, как будто тому трудно было говорить. — …Как можно скорей, — услышал Пит. — Ради вашей и моей безопасности. Не смогли бы вы приехать завтра? Я освобожусь к четырем часам.