— У него несколько видов. Знаете ли, он не только соревнуется, но и охотится. Это как-то связано с парнем из его школы? С тем, которого убили?

Он упрям, этот Уббе. Себастиану уже успел наскучить разговор, и он потихоньку удалился из канцелярии. Чтобы игнорировать вопросы Линдстрёма, троих не требуется. Билли бросил взгляд ему вслед. Ванья продолжала настойчиво задавать вопросы:

— Вы не знаете, нет ли у него оружия 22-го калибра?

— У него есть Brno CZ 453 Varmint.

Уббе по крайней мере перестал задавать вопросы и начал отвечать. Все-таки что-то. Ванья стала записывать название модели в свой блокнот.

— Как вы сказали? Bruno?..

— Brno CZ. Ружье. Превосходное оружие. А у вас какое? Sig Sauer p225? Glock 17?

Ванья посмотрела на Уббе. Ему, несомненно, нравилось завершать каждый ответ собственным вопросом. На этот раз она вполне могла ответить.

— Sig Sauer. Рагнар имеет доступ только к этому оружию 22-го калибра?

— Не знаю. Что вы имеете в виду? Парня что, застрелили?

Себастиан двинулся по длинному коридору и вскоре добрался до помещения для собраний с кофеваркой и большим обшарпанным холодильником. Здесь возвышались два больших застекленных шкафа с кубками и медалями. Перед шкафами стояло несколько простых стульев и прожженных сигаретами столов, оставшихся с тех времен, когда человеку с ружьем, чтобы покурить, не приходилось выходить на улицу. Себастиан зашел в комнату. За одним из столов одиноко сидела девочка лет тринадцати с банкой колы и булочкой с корицей. Она посмотрела на Себастиана исподлобья. Тот коротко кивнул ей и подошел к шкафу с золотыми кубками. Себастиана всегда восхищало то, что победителей во всех видах спорта непременно награждали золотыми кубками невероятных размеров. Можно было подумать, что спортсмены обладают чрезвычайно заниженной самооценкой и в глубине души сознают полную бессмысленность того, чем занимаются. Стремление отрицать эту правду и показать всему миру, насколько все же важно их занятие, выливалось в постоянное совершенствование кубков. В отношении как размеров, так и блеска.

На стенах висели фотографии отдельных стрелков и групповые снимки. Кое-где виднелись вставленные в рамочки газетные статьи. Классическое клубное помещение, только и всего. Себастиан стал небрежно просматривать снимки на стенах. На большинстве из них гордые мужчины с оружием в руках стояли, широко расставив ноги, и улыбались в камеру. Что-то в этих улыбках показалось Себастиану нелепо-искусственным. Неужели действительно так приятно держать эти ружья и такой кубок? Он спиной почувствовал взгляд девочки и обернулся к ней. Она по-прежнему смотрела на него исподлобья. Затем произнесла первые слова: