– Твои оперативные указания полностью изменились, Шестой. Ты готов к этому?

– Я слушаю.

– Китайцы утверждают, что во время сегодняшних боевых столкновений в Суакине погибли двадцать шесть их гражданских советников, – после короткой заминки сообщил Зак.

– Дерьмо собачье. Они не были штатскими.

– Конечно, нет. Они вешают нам китайскую лапшу на уши, но они могут это делать, и все им поверят.

– Продолжай.

– Белый дом официально обосрался. Там больше не хотят иметь ничего общего с этой операцией. Похоже, они втайне прорабатывали какую-то большую торговую сделку с Китаем и собирались объявить о ней завтра утром в Пекине.

– Ну и?

– Поэтому Белый дом приказал директору ЦРУ отдать приказ Дэнни, который приказал нам немедленно эвакуироваться: просто бросить здесь все наше дерьмо и уматывать отсюда. Они не хотят видеть отпечатки пальцев ЦРУ на суданской операции и вокруг нее, поскольку боятся сорвать свою сделку.

– Как насчет меня?

– Я собираюсь забрать тебя на мини-субмарине. Смогу быть на мангровом болоте к полуночи. Ты успеешь или тебе нужно еще разок закинуться кайфом для вечеринки?

– Я смогу быть на месте, но какое это имеет отношение к «Ночному сапфиру»?

– Нет больше никакого «Ночного сапфира», и нам нужно забыть, что он вообще был. Нам нужно выйти из суданских вод и добраться до Эритреи, не скомпрометировав себя. Суданская резидентура уже собирается взвалить вину за беспорядки на повстанцев из СОА.

Корт посмотрел на траву, колыхавшуюся под легким ветром.

– Но… какого черта мне тогда делать с Аббудом?

– Подари этому ублюдку вечный сон, – ровным тоном сказал Зак.

Корт замешкался.

– Но… Только он может убедить своих людей в том, что затевают русские.

– Нас не должно здесь быть. Теперь у нас нет никакой возможности передать Аббуда в руки МУС. Подумай об этом! Если мы вручим Аббуда европейцам, китайские коммунисты прознают об этом и расторгнут сделку с Америкой.

– Но Аббуд важнее живой, чем мертвый. Разве не это Белый дом задумал с самого начала?