– Вы мне вот что скажите, Тимур Михайлович. Вы вон то строение тоже не проверяли? – Гуров указал Примакову на мастерскую.

– Мастерскую? Так закрыта она, – оправдываясь, ответил оперативник. – Мы у самого Данилина Ивана Дмитриевича спрашивали, что там. Так он ответил, что он этой мастерской пользуется, только когда на охоту или на рыбалку собирается. Там всякая охотничья и рыбацкая оснастка. Но мастерскую он всегда на ключ закрывает и вообще пользуется ею редко.

– Угу, – кивнул Гуров и, с укоризной посмотрев на Примакова, сказал: – Сейф с карабином он тоже всегда на ключ закрывал и редко оружием пользовался. А ведь кто-то его открыл.

– Надо у Арины Витальевны спросить про ключ, – засуетился Примаков и хотел было послать кого-нибудь узнать, но Гуров остановил его.

– Уехала она. Не суетитесь. А посмотреть мы и без нее посмотрим. Я какую-то связку ключей в сейфе приметил. – Он хитро посмотрел на Примакова и подмигнул ему: – Такое проникновение не совсем позволительно с точки зрения закона, но у нас с вами времени на политесы нет, а оперативная необходимость – имеется. Так?

– Так, Лев Иванович, – согласился Примаков. Он чувствовал, что виноват и совершил много промахов в первый день расследования, а потому ему не хотелось и дальше оставаться в глазах полковника из Москвы этаким провинциальным неумехой.

Ключик от так называемой мастерской нашелся именно там, где Лев Иванович и ожидал его найти, он был на связке ключей, которые находились в сейфе. Войдя практически в пустое помещение – там стоял только верстачок, пара стульев и несколько стеллажей с инструментами вдоль стены, а также несколько удочек и бредень, – Лев Иванович внимательно осмотрел в первую очередь пол. И ему повезло. На пыльном полу он увидел нечеткие следы, которые вели от входа к столу и обратно. Судя по рельефу подошвы и размеру, это были отпечатки подошв мужских кроссовок приблизительно сорокового размера.

– Размер-то, в принципе, небольшой, – пробормотал Лев Иванович, внимательно осматривая следы. – Надо бы узнать, какой размер ноги был у Глеба и у самого Данилина-старшего, а заодно и у Арины Данилиной. Девушка она высокая…

Тут Льву Ивановичу пришла в голову неожиданная мысль, и он аккуратно, чтобы не наступить на следы, подошел к верстаку. На его поверхности пыли не было, вся она была тщательно вытерта, судя по всему, лежавшей рядом тряпкой. Лев Иванович хмыкнул. Ему показался интересным тот факт, что некто, побывавший в домике, вытер верстак, но вот на пыльный пол не обратил внимания. Это говорило, что человек торопился и не продумал все досконально, чтобы скрыть следы своего пребывания в мастерской.