Как ни прискорбно, после сегодняшнего вечера это, вероятно, уже не будет играть никакой роли.

Эрид украдкой вздохнула. Может, оно и к лучшему, что Нейт составил ей компанию в этой поездке. Это самый подходящий момент, чтобы переговорить с ним с глазу на глаз.

Она придержала Блэкджека легчайшим натяжением удил. Нейт, подъехавший на Гансмоук, пристроился рядом, одарив ее широкой улыбкой. От этой улыбки сердце у нее защемило. Но сказать надо. Лучше сейчас, до рождественских каникул, чтобы дать ему время сжиться с этим.

Она сделала глубокий вдох.

– Нейт, я хочу с тобой поговорить.

Сдвинув свою соломенную стетсоновскую шляпу на затылок, Нейт поглядел на нее искоса. Их лошади шли по широкой тропе бок о бок.

– О чем же?

– Сегодня утром я поговорила с деканом. Назвала ему имена других профессоров, работа с которыми может тебя заинтересовать.

Он озадаченно приподнял брови.

– Я сделал что-то не то? Со времени нашего возвращения было трудновато, но…

– Твоя работа, как всегда, выше всех похвал. Дело не в тебе.

– Смахивает на то, что как раз во мне, раз имеет ко мне отношение и все такое.

Эрин упорно смотрела в одну точку где-то между мягких черных ушей коня.

– После того, что произошло в Израиле… Я не очень уверена, что я для тебя лучший вариант.

Ухватившись за уздечку Блэкджека, Нейт остановил обеих лошадей.

– О чем это вы?

Эрин повернулась к нему лицом. Вид у него был одновременно и встревоженный, и рассерженный.

– Послушай, Нейт… Университет недоволен, что я потеряла двух аспирантов.

– Вряд ли это ваша вина.

Она продолжала, пропустив его реплику мимо ушей: