Подобное замечание было вполне в духе Кристианы Теперь-то он ее узнавал.

— В Лион вы сообщили?

— Подумав, я решила, что лучше воздержаться. Прежде всего, у Максима там были только случайные знакомые. Да и потом, вообразите себе эту девицу, которая появилась бы здесь в трауре и принимала бы соболезнования вместе с нами у ворот кладбища! Я даже Жильберте не стала писать… Были только местные. Я уверена, что Максим одобрил бы такое решение.

— А насчет могилы с кем вы договорились?

— С Лобре, разумеется. Он хоть не такой глупый. Могила — справа от распятия, рядом со склепом Дюран-Брюже… Простая гранитная плита с крестом, но очень красивая.

— А Юбер? Он опоздал на поезд?

— А вы предпочли бы, чтобы он не присутствовал на похоронах? Он уехал в полдень автобусом, вот и все, а затем пересел на ночной поезд.

— Кто расплачивался за все?

— Юбер… Вы подпишете ему чек, когда пожелаете, это не к спеху… Как вы себя чувствуете?

— Немного разбитым, но это естественно.

— А я совсем не в себе. Вы на меня не очень сердитесь?

— Нет, Кристиана. Это мне следует просить вас забыть о многих вещах. В частности, о моем дурном расположении духа. Я не слишком приятный спутник жизни.

— Бедный мой Ришар!

Она погладила его волосы, и он позабыл о своих обидах.

— Вам больно? — спросила она.

— Нет. Мне бывает плохо по вечерам. Лето в этом году слишком жаркое.

— Напрасно вы пили так много спиртного. Я не хотела раздражать вас, но Лотье был бы недоволен, если бы узнал, что…

— Ба! Лотье… Вам следовало бы отдохнуть, Кристиана. Теперь я вполне могу остаться один. Мне будет приятно думать о Максиме, вспоминать прошлое.

— Правда? Вам ничего не надо?

Она встала, подошла к нему сзади, поцеловала в волосы.