Светлый фон

— Бл*ть, Эвелин, какого хрена?! Я вообще-то с тобой разговариваю! Видите ли, решил сделать тебе сюрприз, а ты даже не хочет проявить никакого внимания. Бл*ть, неужели я всегда должен буду орать как бешеный? Тебе что нравится меня злить? Это шутка какая-то?

Он влетел в спальню, но ничего не обнаружил кроме смятого постельного белья. В этот момент Кристофер почувствовал, что начинает задыхаться. Мир будто бы растворился вмиг, когда в спальне, там, где она должна была быть, больше никого не оказалось. Блондин быстро спустился вниз и стал метаться по всем остальным комнатам в поисках пропавшей. Крис выкрикивал ее имя в надежде не то, что она просто его не слышит. Гостиная, кабинет, туалет, кухня — он осмотрел все на первом этаже. Снова вернулся на второй и так же пробежался по всем комнатам. Горло сковала боль, а на глазах стали наворачиваться слезы.

«Почему она ушла? Почему… Она не могла бросить меня? Нет, только не снова… Я не могу остаться один…. Больше не могу!»

– *банная с*ка!!! Тупая тварь!!! Как ты могла сделать это снова!? Я убью….убью тебя!!! Слышишь!? Я найду и отрежу все твои конечности! Ты бл*ть будешь подыхать в самых страшных муках! — кричал он по всю глотку, пока дыхание не сперло.

Злость распространилась внутри и захватила разум будто паразит, что управлял телом и мыслями. Кристофер не ведая что творит, стал колотить букет по стене, с яростью уничтожая белоснежную красоту. Он бил самозабвенно и увлеченно, так будто бы хотел выплеснуть всю боль, что не давала ему спокойно жить. Ему было обидно за то, что он сделал для нее все, а она решила уйти. Когда утром Крис предлагал ей хорошенько подумать, то был уверен, что Эви не посмеет так поступить.

— Ты понимаешь, почему так страдаешь? Это все из-за нее! Эта *банная эгоистка ушла, и теперь ты один будешь нести ответственность за это!

— Ты понимаешь, почему так страдаешь? Это все из-за нее! Эта *банная эгоистка ушла, и теперь ты один будешь нести ответственность за это!

Хлысть — удар ремня рассек воздух и коснулся его спины. Мальчишка содрогнулся всем телом, но даже не поднял изнеможённый взгляд на того, кто осыпал ударами. Тело содрогалось только по привычке. Боль перестала мучить его уже на третий день, после всех этих истязательств. Да и к тому же, только эта физическая боль могла заглушить пустоту внутри.

Хлысть — удар ремня рассек воздух и коснулся его спины. Мальчишка содрогнулся всем телом, но даже не поднял изнеможённый взгляд на того, кто осыпал ударами. Тело содрогалось только по привычке. Боль перестала мучить его уже на третий день, после всех этих истязательств. Да и к тому же, только эта физическая боль могла заглушить пустоту внутри.