— А вот еще анекдот. Стоит новый русский в Третьяковке, смотрит на картину, репу чешет…

Зато Ваня — сама бодрость. Двадцать два года парню, квартиры нет, машину арендует, гол как сокол, зато жениться собирается. Алексей отговаривал его от этого ярма на шею, но бесполезно. Ваня же временно в таксистах, завтра ему непременно позвонят из Кремля и предложат чудесную должность в районной администрации с окладом в полмиллиона. Он, конечно, вслух не говорил о таких перспективах, но верил в них, поэтому постоянно был бодр, весел и анекдоты травил без устали.

Они стояли возле своих машин. Даже под гнетом депрессивных мыслей Скалочников не мог отказать себе в свежем весеннем воздухе.

— А на картине мужик в лохмотьях. «Ничего себе, такой оборванец, а портрет свой у самого Сурикова заказал!»

— Тупой был этот новый русский, да? — осведомился Скалочников и скривился.

— Тупой, — подтвердил Ваня этот непреложный факт.

— А бабки имел.

Тут из темноты на свет вышла девушка с распущенными волосами, в коротком платье под пальто нараспашку. Красивая, светловолосая, длинноногая, глаза из алмазного фонда, губы из палаты мер и весов, грудь из базы первичных эталонов, а в целом — взрыв мозга.

Скалочников прожил жизнь, уже даже считал, что разучился удивляться, и вдруг от изумления открыл рот. А Ваня и вовсе застыл как истукан.

Но девушка смотрела именно на него. Она выбрала Ваню своим водителем, а может, и погорячей чего-то хотела. Парень он видный, а эта барышня была заметно подшофе. Походка у нее красивая, от бедра, но нетвердая.

— Мне на Краснознаменную! — Язык у красавицы не заплетался, но слушался плохо, и это чувствовалось.

Да, тяжелый язык, зато звучание голоса легкое, волнующее, чертовски приятное.

Скалочников глянул на Ваню, выступил вперед и заявил:

— Поехали!

Не важно, кого выбирает клиент, главное, кто первый в очереди. А он подъехал раньше.

— На Краснознаменную? — Девушка с сомнением глянула на него.

Ваня молодой и стройный. Скалочников со своим двойным подбородком и вислым пузом проигрывал ему по всем статьям.

— Да хоть в светлое будущее! — заявил он, открыл переднюю пассажирскую дверцу, обошел машину и сел за руль.

Но девушка отворила заднюю дверцу.

— А кто закрывать будет? — спросил он, когда она устроилась на заднем сиденье.