Деревянные стены «Ю-Джойнт» были покрыты наклейками из новейшей местной истории: хаотичный коллаж фоток космических экспедиций, групповых портретов экипажей астронавтов, риелторских объявлений и рекрутерских реклам ВВС – поблизости же Эллингтон-Филд. Манекен в шлеме и пилотском скафандре с надписью «Авиагонки в Рино» пылился под потолком. Группа техников НАСА, расслабляясь после рабочего дня, играла в карты при свете низко висевшей рекламы пива «Курс». В закусочной преобладали маленькие столы с прямоугольными столешницами, за каждым – четыре дешевых стула, почти все занятые. Дерматиновые наездницы распахивались и запахивались. Любимое местечко трудяг космонавтики, подумалось Казу.

– Дженни, кофе, пожалуйста.

Каз повернулся на голос и обнаружил невысокого темноволосого мужчину в очках с черной оправой: тот облокотился на барную стойку со стороны слепого глаза.

Каз запомнил, что девушку с конским хвостом зовут Дженни. Полезно такое знать.

– Место занято? – спросил незнакомец.

– Все свободны.

Тот кивнул и опустился на стул.

Дженни принесла дымящийся кофе в эмалированной кружке цвета слоновой кости и поставила перед ним.

– Черный кофе, док, все верно?

– Ты выиграла. – Он оценивающе пригубил кофе, потом вместе с Казом принялся оглядывать зал.

– Отличное место, – высказался Каз.

Новый спутник некоторое время пристально смотрел на него.

– Вы Казимирас Земекис? – спросил он.

Каз изумленно кивнул:

– Мы встречались раньше?

Лицо незнакомца пошло морщинками от извиняющейся усмешки:

– Простите. Я Дж. У. Мак-Кинли, один из врачей, которые в НАСА отвечают за здоровье астронавтов. Нам прислали на выходных вашу флотскую медкарту, и, заметив, что у вас стеклянный глаз, я просто догадался.