– Я не могу, мадемуазель, я боюсь утонуть…

– А с нами не боитесь?

– Нет, с вами не боюсь, вы не должны утонуть. А вот меня столько раз выбрасывало за борт! Один раз это было… – Он задумался. – Вас ещё тогда и в помине не было, а меня чуть не скормили акулам. Второй раз я только прогуливался по палубе, как вдруг ни с того ни с сего… Видит дьявол, море ненавидит меня.

– Пить надо меньше! – сказала Маргарет.

– Вот в этом вы правы. – Он приподнял фляжку. – Ваше здоровье, – и опрокинул её себе в рот.

– Корабль скоро причалит; шли бы вы уже к себе, доктор. – Она покосилась на него.

– Лучше я здесь посижу. Капитан, как пить дать, собьётся с курса… такая погода, как тут не сбиться, сегодня безбожный туман…

– Я всё же настаиваю, – упорствовала Маргарет.

– Брось, Марго, пусть остаётся, – простонал я.

– Спасибо, молодой человек… Да хранит вас Бог, хоть его ещё никогда не было там, где был я, и, значит, на этой посудине его тоже нет, но он видит, как я вам благодарен. – Наш сосед ударил себя кулаком по груди и выпустил перегарный дух. – Ой, – он посмотрел на меня и скривил лицо, – тоже похмелье?

– Мигрень, – сказал я.

– Мигре-е-ень, – протянул он. – Значит, и вы туда же?

– Куда же?

– Тоже приехали лечиться? Известная байка – море всех лечит. Бедолага, – он похлопал меня по спине, – как мучается… У меня где-то были таблетки… правда, не от мигрени, а от боли в суставах, и не для людей, а для лошадей. Когда-то у меня была лошадь. Но какая, собственно, разница… Вам принести?

– Да, принесите, – сказала Маргарет и стала тянуть его за руку. – Принесите! – Она еле оторвала его от кушетки и вытолкнула за дверь.

– Но позвольте, – успел только возмутиться он, когда дверь перед его носом закрылась.

Этот ветеринар проговорил мне всю мигрень – я словно прокрутил её на быстрой перемотке и сам не заметил, как она прошла. Может, опять его пригласить…

– Он не говорил, в какой гостинице остановится? – спросил я.

– Ещё чего не хватало, – фыркнула Маргарет.

– Жаль, я бы хотел с ним поболтать…