Возле зала построений – комнатка с низким потолком, где курит аджюдан[12], читая газету.

Рядом с ним, возле выходящего во двор открытого окна два здоровенных унтер-офицера хрипло коверкают французский язык, пересыпая его германскими словечками.

Открывается дверь. Входит какой-то человек. Это элегантно одетый худощавый мужчина среднего роста.

Аджюдан, недовольный вторжением пришельца, встает с ворчанием:

– Это еще что! Куда смотрит дежурный дневальный?.. А вы, сударь, чего желаете?

– Службы.

Это было сказано четко, повелительно.

Оба унтер-офицера глупо рассмеялись. Мужчина довольно недружелюбно взглянул на них.

– Короче говоря, вы хотите поступить в Легион? – спросил аджюдан.

– Да, хочу, но с одним условием.

– Еще и условие! Это какое же?

– Чтобы я не прозябал здесь. Одна рота отправляется в Марокко. И я в ее составе.

Один из унтер-офицеров снова усмехнулся и произнес:

– Марокканцам придется туго. Еще бы, ведь за дело берется этот господин…

– Молчать! – крикнул мужчина. – Я не люблю, когда надо мной насмехаются.

Тон был резкий и властный.

Унтер-офицер, здоровенный, недоброго вида детина, ответил:

– Эй, новобранец, нельзя ли со мной повежливее… Иначе…

– Иначе?

– Свое получишь…