Он продолжил осмотр ноги, осторожно пальпируя ступню и лодыжку. Девушка от его нажатий дергалась, вздрагивала и вскрикивала. Но, в ее движениях и голосе чувствовалась притворство.

Богданов успокоено констатировал:

— Ничего страшного. Гематомы нет. Сейчас смажем троксевазином и сделаем повязку. Сидите. Я сейчас.

Пока Леонид Михайлович направился на кухню, девушка, ерзая на сидении, с интересом рассматривала прихожую, и попыталась заглянуть через дверь прихожей в комнату. Она быстро придвинула к себе дипломат Богданова, и осторожно попробовала открыть его застежки. Они не поддавались. Заслышав шаги Леонида Михайловича, он быстро отодвинула дипломат здоровой ногой.

Богданов остановился напротив девушки с тюбиком геля и эластичным бинтом в руках. Колготки девушки привели его в замешательство, они мешали нанесению троксевазина. Та в свою очередь воззрилась на него:

— Что еще?

— Да ничего. Как ногу мазать? Чулки мешают. Придется троксевазин отложить до лучших времен.

Леонид Михайлович сунул тюбик в карман и принялся за перевязку ноги. Тугую повязку Богданов наложил быстро и умело. Он поднялся с колен, натужно фыркнул и подвел итог:

— Теперь можно заняться каблуком.

Богданов сконфуженно посмотрел в лицо своей неожиданной знакомой: