Он покачал головой.

– Мне уже двенадцать, я могу решать сама. Ладно. Мне пора. Не лежи слишком долго, у тебя спина заболит, вставай, у тебя полно дел.

Уже в дверях она остановилась и прислушалась, может, он все-таки встанет, но шагов слышно не было.

Да-да.

Пройдет.

На улице стояла прекрасная погода. Деревья словно радовались вместе с Лидией.

Она улыбнулась солнцу.

Я иду в школу.

Неужели это правда?

Лидия Клеменс радостно накинула на плечи рюкзак, бросила последний взгляд на их маленький домик и быстрым шагом пошла к воротам.

85

Миа сидела на кухонной столешнице у окна, выходящего на улицу, с чашкой чая в руках и смотрела на итальянское посольство. Кто-то работал в саду. Чьи-то руки в перчатках трудились над кустами сирени, под прекрасными деревьями, и она подумала. Может, и мне тоже? Сделать что-нибудь в саду? А у нее есть сад? Забыла спросить у бабушки. Лежащий рядом телефон тихо завибрировал. Миа собралась нажать на красную кнопку – ей совершенно не хотелось ни с кем сейчас разговаривать, – но передумала, увидев, кто звонит.

– Холгер, привет.

– Привет, Миа, как дела?

– Все нормально, а у тебя?

– Все хорошо, я дома. Тебя вчера выписали?

– Позавчера. Вроде бы все в порядке. В ухе еще звенит, но это должно пройти, если не говорить по телефону.

Мунк хохотнул.