Первое время у Минина ещё сохранялись иллюзии о переводе в следственное отделение или хотя бы в отделение дознания, где тоже расследовались преступления, пусть не тяжкие, но иногда с не меньшим накалом страстей. Но в Лучском ОВД должности следователя и дознавателя считались престижными и все до единой были заняты уже много лет. И, разумеется, никто из замещающих их сотрудников, покидать насиженные места не собирался. Другое дело — отделение участковых уполномоченных полиции. Каждый из сослуживцев Максима, включая начальника отделения майора полиции Мухина, мечтал поскорее разделаться со своей службой. Двое чуть ли не каждый день собирались на пенсию. Причем один из них мог бы воспользоваться этим правом ещё лет пять назад, а другой должен был ближайшие лет пять самозабвенно отдаваться службе. Ещё один участковый мечтал служить в автоинспекции, где его привлекала перспектива ежедневно ездить на служебном автотранспорте и обладать полосатым жезлом со всеми вытекающими из этого возможностями. Ну а последний хотел заняться бизнесом. Правда, каким именно, он еще не придумал, но часть заработанных в будущем денег планировал потратить на поездку на Гоа.

В такой сложной кадровой обстановке с туманными перспективами и прогнозируемым кадровым голодом Максиму дали понять, чтобы на перевод в другое подразделение он не рассчитывал. А про возможность перехода в другой отдел Минин почему-то не догадался. В итоге, взрощенная в нём за пять лет обучения голубая кровь, последние два года каждое утро прокисала под красными просветами на погонах[2].

На первом же профессиональном празднике, подвыпивший майор Мухин, по-свойски обняв Минина за плечо, полушепотом сообщил, что из участковых уполномоченных есть только три пути: в народное хозяйство, на пенсию или вперед ногами. По его словам, в течение последних одиннадцати лет это было неоднократно им проверено на собственном опыте. При этом Мухин качался с впечатляющей амплитудой, виртуозно удерживая стопку с водкой, которая в поисках свободного рта обильно забрызгала свитер Минина. Складывалось впечатление, что последний способ был одним из излюбленных для начальника отделения участковых уполномоченных полиции. Максим представил было, как Мухин покидает отдел вперед ногами, но тот прервал его размышления заявлением, что в следственное отделение Максику ни за что не пробиться, поскольку там везде свои да наши.

— К тому же, — понизив голос, признался Мухин, — оставаться долго на этом проклятом месте я не собираюсь, а это, между прочим, открывает перед тобой определенные перспективы.