— Я бы не хотел говорить…

— Уголовники?

— Ну вот, вы и сами все знаете, — повеселел Квитко.

— Знаете, почему волков называют санитарами леса?

— Знаю.

— И среди людей есть волки, которые пожирают слабых, тех, кто отбился от стаи. Вы вот отбились от стаи, незаконное производство наладили, доходы свои скрываете. Воры это знают. Знают, что вы не обратитесь в милицию, потому что рыльце в пушку. Знают, стригут с вас шерсть, — невесело усмехнулся Игнат.

— Но я же обратился в милицию. — Квитко настороженно посмотрел на него.

— Очень хорошо. Сейчас напишете заявление, и мы сразу же примем меры.

— А без заявления никак нельзя?

— Без заявления мы не сможем возбудить уголовное дело. Не сможем привлечь к ответственности ваших обидчиков.

— А с заявлением?

— С заявлением привлечем их обязательно. В этом вы можете не сомневаться.

Четвертый год пошел, как Игнат возглавил поселковое отделение. Тяжело пришлось, но распоясавшуюся банду Баштана он в стойло все-таки загнал. Уголовники по-прежнему крышуют местный бизнес, но только тех, кто добровольно отказался от защиты закона, таких как гражданин Квитко. Открывают подпольно-кустарные производства, думают, умнее всех, а нет, подъезжает братва и ставит перед выбором — или платить, или дом сгорит, и это в лучшем случае. Квитко выбрал первое, но, видимо, баштановские урки так пережали пружину, что несчастный решился на отчаянный шаг. И правильно, кстати сказать, сделал.

— Ну так всех же не привлечете, — вздохнул потерпевший.

— Скажу прямо, вашу безопасность я гарантировать не смогу. — Игнат посмотрел ему в глаза. — Но сделаю все, что в моих силах, все, что возможно, чтобы ее обеспечить. Это я вам гарантирую!

— Все, что возможно… — Квитко с разочарованным видом поскреб затылок.

— Поймите, Роман Павлович, ваша судьба в ваших руках. Только от вас зависит, сможем ли мы противостоять уголовному беспределу. Вы пишите заявление, мы сажаем вымогателя. За вами напишет кто-то другой, мы посадим его сообщника. Третий напишет, четвертый… А на пятом все и закончится. Сажать будет некого.

— И много уже таких заявлений написали?

— По вашему случаю вы третий.

— Двоих уже посадили?