Уже вечером город погружался в темноту. Лишь в центре — у гостиницы и ресторана Слезкина зажигались восемь керосиновых фонарей. Осенний ветер с разбойничьим посвистом носился по мостовым. Лязгали задравшиеся на крышах листы железа, гудели уличные столбы, оклеенные скучными старорежимными объявлениями: "Продается пенька", "Артель делает свечи", "Найден кошелек, обращаться в общество милосердия", "Ищу няню, знающую французский". Обрывки газет, афиш, картона носились по улицам, скапливались в кучи мусора на тротуарах…

Бесчинств в ночное время регистрировалось в милиции много. Наводила ужас банда некоего Бьяковского. Имя атамана — Мишка Бьяк — заставляло горожан трепетать. И не напрасно. Грабители из его шайки рыскали по темным переулкам и задворкам. Нападали на первого встречного, выворачивали карманы, раздевали, заламывали руки, били, а то и душили. Громилы сворачивали с дороги подводы с мукой, как-то даже утащили сейф с деньгами из комиссариата земледелия. Повсюду они оставляли "визитную карточку" маленький клочок серой бумаги с нацарапанными словами "Серый волк".

Каждую ночь волчья свора подчистую разоряла то жилой дом, то лавку, то учреждение. Но особой любовью у бандитов пользовались городские церкви. Из них они тащили в свое логово бесценные иконы, утварь, уникальные золотые и серебряные изделия.

На одном из своих заседаний губком большевиков поручил члену Военно-революционного комитета Максиму Андреевичу Белоусову организовать рабоче-крестьянскую милицию, предоставив ему широкие полномочия во всем, что могло способствовать наведению в городе в кратчайший срок революционного порядка.

Белоусов начал с главного — обратился к народу. Он выступал на заводах, фабриках, мобилизуя рабочих на укрепление порядка и попутно подбирая нужных людей. С двумя своими заместителями — Рябовым и Петуховым — он составил смету на содержание губернского управления рабоче-крестьянской милиции. Новый орган правопорядка стремительно становился боевым коллективом.

Прикидывали, где разместиться. В старом здании полицейской управы? Неприятно будет работать. Поймет ли народ? Ведь милиция — совершенно новый орган Советов, а на здании полицейской управы для большинства жителей города лежал мрачный отпечаток тяжелого прошлого. Люди помнили, что во время боев революционных отрядов с эсерами и меньшевиками засевшие в нем контрреволюционеры долго и яростно отбивались.

Решили разместить управление милиции в двухэтажном здании Российско-американского коммерческого общества. Этот красивый особняк с мраморными колоннами был, по сути, бесхозным островком среди других учреждений города.