Давайте разберемся. Гусев ударил ножом человека вроде бы, как он объясняет, только потому, что тот отказался ему повиноваться. Александр Чуйков убивает потому, что не хотел, чтоб в него попала банка.

Конечно, в обоих случаях конфликт мог и должен был решаться другими способами, в пределах обычных человеческих взаимоотношений. Почему же многим вариантам нормальных решений оба парня предпочитают исключительное, самое невозможное и самое жестокое?

Потому что деформация личности в конечном счете привела к полной атрофии нравственных запретов, к обесцениванию другой личности, чужой жизни. Если не привито с детства, не развито воспитанием чувство уважения к человеку, к его жизни, не заложено понимание ее неповторимости и неприкосновенности, в подростке может выработаться пагубное сознание, что ему «дозволено все».

Не в этом ли одна из причин преступлений; в которых порой поражает прежде всего легкость поступков, действий, подчас роковых? Я думаю, что барьером на пути таких действий может стать только глубокое, последовательное нравственное воспитание. И конечно, воспитание правового мышления.

Среди школьников старших классов был произведен опрос. Ребятам раздали анкеты, чтобы узнать, откуда они черпают знания об уголовном законе и как представляют себе наказание за то или иное нарушение.

Научный сотрудник Всесоюзного института по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности А. Долгова, проводившая этот эксперимент, пишет: «Одиннадцать процентов вообще не назвали источника своих знаний, остальные слышали: от взрослых (17 процентов), от родителей (11 процентов), от суда (6 процентов) узнали из передач радио и телевидения (9 процентов) и от учителей (2 процента). При таком состоянии информации школьников стоит ли удивляться, что несовершеннолетние часто не знают даже, с какого возраста наступает уголовная ответственность…»

Подростков попросили назвать запомнившиеся им беседы на правовые темы, передачи радио и телевидения, книги, статьи в газетах и журналах. Они не припомнили ни одной. В качестве источника информации о праве фигурировали «Преступление и наказание» Достоевского, «Воскресение» Толстого, книги Шейнина, детективы…

В школе сегодня ребенка учат многим полезным вещам. Не буду их перечислять, лишь отмечу, что, к нашему удовлетворению, стали учить сейчас и азбуке правоведения, но, к сожалению, до сих пор не учат на особых уроках основам нравственности, этики, правилам хорошего тона. Пусть кому–то это покажется несколько старомодным, но ведь подлинная нравственность невозможна без культуры взаимоотношений. Одна лишь интуиция чувств всего этого не заменит.