– Вашего сына? – переспрашиваю я. Она кажется такой молодой. Я думала, что она жена бедняги.

Миссис Мохейм игнорирует мой вопрос, продолжая, как будто я ничего не говорила:

– Моя невестка слишком расстроена, чтобы видеть вас. Но я хотела посмотреть вам в глаза и поговорить как мать с матерью.

Теряюсь в словах, но заставляю себя говорить. Я в долгу перед ней.

– Я могла думать лишь о том, как защитить моего мальчика, – произношу я надтреснутым голосом.

Она мягко качает головой из стороны в сторону.

– Так и поступает мать. Я могла бы сделать то же самое.

– Вы серьезно?

Ее взгляд решительно удерживает мой.

– Да. Именно поэтому и хотела вас увидеть. Я читала те заголовки. Они были жестоки.

– Но я это заслужила. Ваш сын умер.

Она медленно, разглаживает свое фиолетовое сари, словно давая себе время подумать.

– Я из тех людей, которые пытаются рассматривать все стороны. На вашего сына повлиял тот другой мальчик. Должна признаться, что изо всех сил пытаюсь простить их обоих. Но вы… дело другое. Никто не может понять связь между матерью и ребенком, кроме другой матери.

Я с трудом сглатываю ком в горле.

– Ваша невестка и внуки. Как они?

Она смотрит на меня грустными глазами.

– А вы как думаете?

Это был глупый вопрос, но я не могла его не задать.

– Вы справляетесь? – добавляю я.

– Мы все живем вместе, с моими родителями и родителями моего мужа. В нашей семье мы заботимся друг о друге. – В ее голосе появляется нотка презрения. – Мы не отсылаем наших стариков, чтобы за ними присматривали незнакомые люди.