При въезде в заповедник Алена заказала номер в одноименном отеле. На сутки. Поэтому никто не стал сомневаться в том, что день и ночь вновь пролетят незаметно. Назад они выехали лишь в шесть утра в понедельник…

Утренняя пустая трасса, безоблачное небо и яркое солнце, светящее в спину, придали водителю и его далеко не супермашине дополнительные силы.

— Милый, ты хоть за скоростью следишь? — зевнув, спросила Алена.

Опустив глаза, Никитин с изумлением обнаружил цифру, которую никогда даже и не мечтал увидеть на спидометре своего «Сандеро». Сто восемьдесят километров в час — это совсем для других машин, казалось ему.

— Это он на радостях, — попытался пошутить Андрей.

— Кто? — не поняла Алена.

— Мой автомобиль, — было сказано уже вполне серьезно.

Никитин почувствовал боковым зрением пристальный и выжидающий взгляд дамы. А спустя несколько секунд она уже взорвалась диким хохотом. К сожалению, он не смог удержать свой организм, который тут же присоединился к непонятному и безудержному веселью. «Сандеро» в это время снизил скорость до полной остановки. Если бы данное действо наблюдали со стороны, то наверняка приняли бы этих людей за сумасшедших.

Веселье завершилось длительным поцелуем, а чтобы не случилось еще какого-либо логического продолжения, Андрей включил передачу.

— Андрюшенька, а давай я к тебе перееду, — жалобно прощебетала Алена.

Однако, заметив уже далеко не веселое выражение лица Никитина, слегка изменила тон:

— Я помню — ты сказал ненадолго. Давай — на три месяца. Ну, на два. Ну, хорошо — на месяц. Всего на один месяц!

После последней фразы капитан кивнул головой. Последовавшая благодарность чуть было вновь не привела к остановке автомобиля.

Время позволяло заехать к матери Алены и забрать вещи, которые на девяносто девять процентов состояли из гардероба. Они находились в полной боевой готовности, то есть стояли в прихожей в виде трех больших сумок.

— А я так и не успела распаковаться, — гордо констатировала их хозяйка, зайдя в квартиру.

— Андрюша, это ты? — всплеснула руками Анна Ивановна — мама Алены. — Как я рада тебя видеть, милый мой мальчик! Думала, что опять этот лысый. Ты уж прости мою дуру и меня тоже. Видать, воспитывала я ее, да как-то не так.

— Ничего, Анна Ивановна, не ругайте себя, — обнял бывшую тещу Никитин. — В том, что мы разошлись, была и моя вина. Постараюсь исправиться…

— Так вы опять вместе?! — не поверила своему счастью женщина. — Дай бог. Дай бог.

С этими словами она перекрестила Андрея, а заодно и свою блудную дочь.

— Мама, не начинай, — подала голос Алена. — Нам пора.