Он неловко засмеялся, но, сообразив, что делает что‐то не то, попытался исправиться:

— Послушайте! Господи боже! Я только что узнал! Представляю, как вам пришлось перенервничать! С вами все в порядке? Не слишком расстроены? Подумать только!

Сестра Кеттл почувствовала огромное облегчение. Она боялась, что капитан Сайс отреагирует на арест Китти Картаретт совсем иначе.

— А как вы сами? — откликнулась она. — Наверное, для вас это настоящий шок?

Он только неопределенно махнул рукой, в которой держал что-то белое.

— Со мной все в порядке. Более-менее, — добавил он, нервно ослабляя воротник. — Если вы уделите мне минутку…

Теперь она разглядела, что в руках у него был рулон бумаги, который он неловко протянул ей.

— Это так, ерунда. Только ничего не говорите!

Она развернула и, вглядевшись в изображение в сгущавшихся сумерках, не смогла сдержать восторга.

— Боже мой! Какая прелесть! Какая прелесть! Моя иллюстрированная карта! Посмотрите! Вот леди Лакландер рисует на Нижнем лугу! И доктор, над головой которого пролетает аист, — ах, вы, проказник! А это я — только меня вы сильно приукрасили!

Она чуть высунулась из машины, чтобы не заслонять картину от сумеречного света, и капитан Сайс, издав какой-то невнятный звук, замер не шевелясь. Сестра Кеттл любовно разглядывала фигурки на рисунке: хозяин гостиницы, священник, другие представители деревенского бомонда. Возле Хаммер-Фарм был нарисован домик садовника с его дочкой, а в саду над цветами грациозно склонилась Роуз. Даже при этом свете было видно, что возле дома в одном месте краска наложена гуще.

«Как будто он что-то стер и потом закрасил», — вздрогнув, догадалась сестра Кеттл.

Похожее пятно имелось и на участке возле ивовой рощи, где любил рыбачить полковник.

— Я начал рисунок, — пояснил он, — уже давно. После вашего первого визита.

Она подняла глаза, и в воздухе повисла неловкая пауза.

— Дайте мне шесть месяцев, — произнес капитан Сайс, — чтобы не было сомнений. Я изменюсь. Согласны?

Сестра Кеттл не могла не согласиться.