Хуа с готовностью кивнул.

– Убийца, называющий себя Эвменидами… Вы ненавидите его?

– Конечно, – сказал Хуа. – Он убил президента Дэна.

– Если б появилась возможность, вы отомстили бы ему?

– Да! – ответил он без колебаний.

– Что насчет Цянь Яобиня? Вы ненавидите его?

– Да! – Хуа глазами искал в зале Мин-Мин.

Ло Фэй ожидал таких ответов и, глядя Хуа прямо в глаза, задал третий вопрос:

– А меня вы ненавидите?

Хуа замялся.

– Именно я вас арестовал, – напомнил ему капитан. – Для этого я целый год следил за вами и даже пошел на ухищрения, чтобы столкнуть вас лбами с соперником. Вы только что получили смертный приговор. Вы меня ненавидите?

Хуа улыбнулся и искренне произнес:

– Нет. Хотя чувствую досаду, потому что вы меня переиграли, капитан.

Ло Фэй улыбнулся в ответ и спросил:

– А как насчет ваших друзей и семьи? Придут ли они мстить?

Хуа покачал головой.

– Убийство совершил я. Какое вы к нему имеете отношение? Вы лишь выполняете свой долг. На самом деле, если б у меня был шанс, я бы хотел стать вашим другом.

– Но почему? Вы признаете себя виновным, так почему же ненавидите Эвменид и Цянь Яобиня за то, что они хотят вас наказать? А к тому, кто отправил вас в камеру смертников, вы испытываете дружеские чувства?

– Потому что вы работаете ради общественного блага, – отчеканил Хуа. – Их же цели эгоистичны. Я совершал преступления, и закон меня покарал. Претензий у меня нет. Но если на меня посмеет напасть какой-то мститель-одиночка, то, конечно, я буду сопротивляться. Зуб за зуб!

– Вы совершенно правы, – подтвердил Ло Фэй. – Я арестовывал вас не из корыстных побуждений. В конечном счете мои действия направляет закон. Только так правосудие может называться правосудием. И только при соблюдении справедливости общество может пользоваться преимуществами закона и принимать от него наказание. Я не могу представить себя Эвменидами, несущим возмездие, основанное исключительно на собственном чувстве добра и зла. К чему бы это привело? Я все еще мог бы утверждать, что стою на страже справедливости, но имеет ли смысл такая справедливость? Пролитая кровь приводит только к ненависти и мести. Мы этого хотим?