— Я в шоке, ма, — сказала Лара в машине, которую они с Валентиной купили, раз Париж отменяется. — Ты когда-то видела таких красивых детей?

— Не знаю насчет точно таких… — задумчиво проговорила Валентина. — Но красивых видела. Тебя, например. Но Артур на самом деле удивительно хорош собой. Я не совсем понимаю, почему это тебя так поразило.

— Что значит почему, мама? Принц, что ли, на мою мамашу польстился? Ты заметила, как она выглядит? Она же на всех чертей сейчас похожа. И я вообще-то видела в мусорном ведре бутылку.

— Да ты что, — выдохнула Валентина. — Еще этого не хватало. Надеюсь, все не так ужасно. Одной очень трудно справляться с малышом. Мне нужно просто больше ей помогать.

— Нам нужно, — поправила Лара.

— А вдруг все же принц, а вдруг он появится, — с надеждой произнесла Валентина.

— Я тебя умоляю, ма. У нашей Веры появляются только козлы и алкаши. Извини за горькую правду, — изрекла Лара.

Она решила не искать сразу постоянную работу. Устраивалась на картины помощником разных режиссеров. Выбирала и, главное, имела возможность делать паузы между фильмами. Она очень часто бывала у Веры, научилась ей помогать и ухаживать за ребенком лучше родной матери, что было не так сложно. И они с Верой на какое-то время опять стали подружками. Вера даже целовала дочь при встрече и прощании. Нередко Лара оставалась ночевать. До того вечера, когда в дверь позвонили и Вера впустила в квартиру мужчину. Лара быстро собралась и приехала домой задумчивой и подавленной.

— Что-то случилось? — спросила Валентина.

— Да нет, просто к ней пришел какой-то тип.

— Ну, почему так мрачно? Может, это и есть отец Артура.

— Не может. У него не голубые глаза. У него вообще не глаза, а дырки от дробовика. И вместо золотых локонов — серая пакля.

— Да ладно тебе, — рассмеялась Валентина. — Ты просто очень привязалась к ребенку. Ты любого примешь в штыки. А я как раз подумала: вдруг Вера согласится, чтобы Артур пожил у нас. Пока у нее личная жизнь, так сказать.

Вере идея сначала понравилась. Но потом они посоветовались с юристами и дружно от нее отказались. Неработающую мать-одиночку постоянно проверяют опека и социальные службы. Ее могут лишить и детского пособия, а потом, возможно, и родительских прав, если образ жизни признают несоответствующим. А так и будет. Валентина и Лара уже не смогут вернуть Артура Вере, они станут за него бороться. И они не имеют права вот так, пока без причины, отобрать ребенка у матери.

О господи! Они могли попытаться и отобрать своего родного ребенка у этой чудовищной матери. Это была самая страшная для Лары мысль после всего. Они могли, но не спасли…