У девушки изумленно округлились глаза.

Я притиснул немного обалдевшую от такого обращения Анну к себе, и прошептал на ухо:

— Не молчи, отвечай в том же духе. Я же говорил, что нас прослушивают, помнишь?

Девчонка кивнула.

— С удовольствием, Михаил Дмитриевич, — громко ответила она. — Давно об этом мечтала!

— Теперь слушай меня внимательно, — прошептал я. — Домашний номер Майкла записала?

— Конечно, — так же тихо отозвалась Анна. — Первым делом контакты у сотрудников беру, чтобы с ними можно было в любой момент связаться в экстренных случаях. Всё, как вы учили.

— Отлично, позвонишь ему часов в шесть утра, — продолжил инструктаж я. — Попроси его прибыть в офис пораньше. Скажешь, что я перед отъездом хочу провести совещание. В семь соберешь ребят в холле на первом этаже. Скажешь, чтобы предварительно подготовили багаж и поставили его у дверей. Сама тоже так сделаешь. Все твои сумки и чемоданы должны стоять на входе.

— Что случилось, Михаил Дмитриевич? — поинтересовалась секретарь. — К чему это все?

— Наши недоброжелатели наняли наемных убийц, — пояснил я. — Попробуют всех уничтожить. Я не хочу этого допустить.

— А… — девушка на мгновение зависла, переваривая информацию, и осторожно уточнила. — Какие недоброжелатели? Откуда вы знаете?

— Знаю, — прошептал я. — Это сейчас не важно, откуда. Приедем домой, кое-что расскажу, сейчас на объяснения нет ни времени, ни сил. Ты мне веришь?

Анна без колебаний кивнула.

— Вот и отлично, — я улыбнулся, — А сейчас давай разыграем комедию, для тех, кто нас слушает.

Помолчал секунд десять и громко, с придыханием сказал:

— Какая же ты роскошная малышка. Иди сюда к папочке.

— Конечно дорогой, — томно промурлыкала Анна. — У тебя такие нежные и сильные руки.

Минут пять мы поочередно охали и стонали, имитируя страсть. Затем я закрутил кран, открыл дверь ванной и галантно посторонился, пропуская секретаря вперед.

— Ты просто прелесть, солнышко, — громко заявил я, и звучно чмокнул девушку в щеку. — Спасибо, мне было с тобою хорошо.

— Мне тоже, — лукаво улыбнулась и подмигнула Анна. — Вы, Михаил Дмитриевич, настоящий мачо.