В нагрудном кармане лежал медальон Анны. Ему пришлось пролить много вампирской крови, чтоб его достать. Но он не ожидал, что Джаспер станет сражаться против своих.

— Неужели ты думаешь, что после того, что они со мной сделали, я скажу им «спасибо»? — ответил Джаспер, поймав на себе удивленный взгляд Блэкмора, когда одолженный у Рэя деревянный кол пронзил сердце одного из вампиров.

Если бы кто-нибудь, еще две недели назад, сказал ему, что его брат станет врагом, а враг — другом, он бы рассмеялся этому человеку в лицо.

А сейчас…

Сейчас уже ничего не могло его удивить.

Правда, Рэй до последнего надеялся, что в сейфе они найдут не только медальон Анны…

В его душе горел огонек надежды на то, что там они найдут хоть маленькую подсказку на уязвимость Армана.

Но нет.

Там лежали только медальон Анны и портрет Лаэты.

Красивая блондинка с ярко-голубыми глазами смотрела свысока. Весь ее вид говорил о ее гордости и величии, а чувственная улыбка, которую так старался запечатлеть художник, казалась насмешливой.

Словно она понимала свое превосходство.

Оставив портрет там и забрав медальон, Рэй и Джаспер поспешили убраться оттуда.

Его новый друг, как и сам Блэкмор, был расстроен тем, что они не нашли ни одной ниточки к разгадке, как уничтожить монстра.

Джаспер сообщил, что передумал становиться владыкой. Он сказал, что уедет из города и будет путешествовать по миру.

Рэй не стал его удерживать. Да и зачем?

Он спас его не для того, чтобы Арман снова его убил.

— Рэй, — тихо окликнула Шайла, приоткрыв дверь его кабинета.

Блэкмору показалось, что его подруга постарела на десять лет. Одна ночь, изменившая всех.

— Проходи.