Джордж Пристли, которого веселило попрание общепринятых норм, а точнее, элементарная бестактность, начал раздражать Юстаса с самого начала: например, он представил его своему компаньону Селвину Бэтти как «будущего лорда Бэрреди». Именно этого Юстас на данном этапе хотел избежать. Джордж, впрочем, находил такое высказывание смешным, а после второго бокала бренди 1893 года и с неплохого выигрыша он совсем распоясался.

– Знаешь, Юстас, – сказал он, перемешивая колоду, – тебе просто невероятно повезло… (Фредди, ты заходишь?) Сколько там потенциальных баронов зачахло на твоем пути, а? Четверо, не меньше?

– Сдавай, Джордж. Три. И это не смешно.

– Бэтти, перед тобой сидит человек, – невозмутимо продолжал Пристли, – который в буквальном смысле прошел вброд через реку крови своих родственничков. (Дилер берет две карты и… черт, стрейт!) И это в буквальном смысле непристойно, вот что я скажу. Странно, что Скотленд-Ярд еще не взял тебя за шиворот. (И пятьдесят; твой ход, Фредди.) Знаете, когда я только сюда пришел, то заметил, как в проходе прятался огромный мужлан в котелке. Вот так.

На мгновение сердце Юстаса замерло. Скорее всего, этот недоумок сочиняет на ходу, но последняя реплика вызвала у Юстаса не самые приятные мысли – ведь все может пойти по плохому сценарию…

Юстас не без труда прогнал от себя тревожные мысли и сосредоточился на игре. Все шло как надо. Он все время по мелочи проигрывал, как и было задумано. Джорджу Пристли везло, но тот слишком много болтал, явно переигрывая, и если он не замолчит, то будет иметь неприятности. Джордж играл неплохо, однако воображал, что способен заболтать кого угодно, и в этом переоценивал свое мастерство. Селвин Бэтти потихоньку шел вверх и был откровенно собой доволен. Фредди Галлатер выходил в ноль и имел все шансы на небольшую долю, а молодой биржевой маклер по имени Торнтон Раш, которого он привел с собой, очевидно, большим опытом игры не обладал, но не успел проиграть слишком много, чтобы Фредди начал за него беспокоиться. Судя по всему, пара запланированных неудач Юстаса уже обеспечила ему радостные воспоминания об этой партии.

Словом, благоприятное начало. Юстас был уверен, что эти двое сюда еще вернутся и приведут с собой других. Естественно, в конечном счете ему не понадобятся их деньги, но пока старый Бэрреди жив, отказываться от них нет никакого смысла.

Вскоре после полуночи вечеринка подошла к концу. Молодые люди надевали свои пальто, и молодой биржевой маклер спросил Юстаса, не приходится ли он родственником виноторговцу Джорджу Хендэллу.